Картина счастья

Картина счастья
Маленькая пьеса в трёх действиях

Действующие лица:

Софья, женщина неопределённого возраста.

Людмила, интеллигентная женщина, 50 лет.

Даша, её дочь.

Даня, мальчик лет пяти.

Проводник.

Строй новобранцев.

Провожающие.

 

Действие первое

 

Купе поезда, стук колёс. Женщина сидит одна, звонко, кокетливо смеётся в трубку телефона.

 

Софья. Вау! Коленька! Завтра я тебя увижу… Воображаю эту картину, и мне приятно до мурашек: ты с цветами, и я тебя обнимаю!.. Я много видела красивого в жизни, но твои глаза и рот, о боже, плечи, руки – это шедевр! Нет-нет, не останавливай меня, я тут совершенно одна, мои попутчики вышли, никто не мешает сказать тебе, что лучше всего твоё лицо в темноте, когда луна освещает твои полузакрытые веки, и ты мне доверен и весь мой!.. Что? Комната с камином? Мы будем ночевать у открытого огня? Роден… Вечная весна!.. О, как прелестно! Это, конечно, меньше, чем дом у реки, но мне всё равно, где быть с тобой, хоть в двуспальном мешке.

 

Поезд останавливается, за дверями суета, шаги входящих пассажиров, открывается купе.

 

Даша. Мама! Вот наши места! Твоё – нижнее. (Обращаясь к Софье.) Здрасьте!

Софья (в телефон). Извини, я перезвоню… Целую тебя! Волшебник! (Даше и входящей с мальчиком Людмиле.) Я, кажется, заняла ваше место, моё сверху. Располагайтесь. Здравствуйте! Я – Софья! (К мальчику.) А что это тут за чудо? Как тебя зовут?

Даня. Даня. А это моя баба Люда. Только вы с ней пока не разговаривайте, у неё сегодня голова болит.

 

Даня садится рядом с Софьей, женщины складывают багаж под сиденье напротив.

 

Софья. Давайте вашу сумку сюда (встаёт и поднимает полку), а то наверху у меня хрупкая вещь лежит.

 

Софья выходит из купе с телефоном в руках.

 

Даня. Я хочу на верхнюю полку!

Даша. Сынок, садись к бабушке. (Кладёт сумку, опускает полку.) Мам, ну что? Может, я всё же наверху буду, а тут пусть женщина останется.

Людмила (тихим голосом). Поступай, как знаешь… А Даник с кем будет спать?

Даня (забираясь наверх). Я буду тут! Уррра!!! Поехали!

Входит проводник, кладёт на полку постели.

 

Проводник. Билеты и документы приготовьте, пожалуйста.

 

Людмила достаёт из сумки документы и подаёт проводнику.

 

Так, Волховникова Людмила, место семнадцатое, Волховникова Дарья и Воробьёв Данил Денисович… Мальчик с вами?.. Чай, кофе, печенье? Ничего не хотите?

Даша. Ничего не хотим.

 

Проводник уходит.

 

Людмила. И зачем я только положила таблетки в кошелек? (Заправляет свою постель.)

Даша. И таблетки там были? Ну ты даёшь! Может, у проводника спросить?

Входит Софья.

 

Извините, у вас нет чего-нибудь от давления? Матери плохо.

Софья. Эх, у меня точно нет таких лекарств, но подождите, я знаю, где взять…

 

Софья быстро выходит и возвращается с тонометром, садится к Людмиле.

 

Давайте сначала измерим давление. Лично я никогда не пью таблетки без особой надобности (ловко справляется с аппаратом). О, 160 на 90! Пожалуй, высоковато. И в голове муторно, да? Думаю, что мы с вами примерно одного возраста, у меня всегда 90 на 60… Вот, пьёте такие? (Протягивает таблетки.)

Людмила. Да, эти и пью. Доча, принеси воды.

Даша. За Даней смотрите.

 

Даша уходит.

 

Людмила. Вы, наверное, медицинский работник?

Софья (легко смеётся). Да нет, что вы! Я из другой области. У мамы давление, часто приходится справляться. Пойду отнесу в соседнее купе. Я уже два дня еду, все как родные.

Людмила. Благодарю вас, вы такая сердечная!

Софья. Ой, да что вы! Тут до вас Света ехала, молоденькая совсем. Всю дорогу в слезах! Мужа её на войне убили, и мать её дома не очень-то ждёт, замуж вышла, пока дочери не было. Света с ней по телефону говорила и тоже плакала… Такая драма! Я её бодрила и утешала.

Людмила. На войне? Какой войне?

Софья. А то вы не знаете! Всегда где-нибудь да война. Паны дерутся, у холопов чубы трещат. Ой, ладно, пойду я.

 

Софья уходит, сразу заходит Даша со стаканом воды, Людмила запивает лекарство.

 

Людмила. Такая женщина приятная, да? Тонометр где-то раздобыла. Как, она сказала, её зовут?

Даша. Как-то я не запомнила…

Даня (с верхней полки). Софья!

Даша. Может, всё-таки скорую, а? Проводник сказал, что на следующей станции есть врачи.

Людмила. Ох, да отлежусь, посмотрим. Отцу позвони.

Даша (звонит по телефону). О! Пошли гудки… Занято! С кем-то разговаривает, наверное. (Перезванивает.) А теперь вообще связи нет…

Людмила. Воробьёву-то звонила?

Даша. Надо было! Людей, что ли, кроме него нету? Чужие люди и то отзывчивее бывают.

Людмила. Ох, Дашка ты Дашка! Опять с этим женатиком крутишь?

Даша. Мама!..

Людмила (роется в сумке). Слава богу, хоть телефон остался. Были гудки? Обычно он отключается, когда уезжает.

Даша. Я сама позвоню папе. Мне Ренатик денег сейчас забросит.

Людмила. Ребёнка покорми, я пока не буду. Лучше полежу.

Даша. Мама, сама разберусь! Даня! Слезай, сынок, руки пошли мыть…

Даня. А ты разрешишь мне потом сюда опять залезть?

 

Даня спускается с полки.

 

Людмила. Держи, держи его, аккуратнее…

 

Даша и Даня уходят.

 

Людмила (оставшись одна). Ренатик! Нашла на кого надеяться!

 

Входит Софья.

 

Софья (почти шёпотом). Людмилочка! Ну как вы? Выпили таблетку?

Людмила. Спасибо.

Софья. И как вы решились в дорогу с давлением и без лекарств?

Людмила (переодеваясь в спортивную одежду и собираясь лечь). Ох! Да у нас неприятности: кошелёк у меня выкрали на вокзале. Сама проворонила… А нам же ещё в село добираться.

Софья. А-а-а! Как же вы теперь с ребёнком, с вещами? И никто не встретит?

Людмила. Не знаю, может, зять… Кто-нибудь да встретит.

Софья. Вы только не волнуйтесь! Думаю, что всё образуется. А вам где выходить?

Людмила. Мы до конца едем. (Ложится.)

Софья. Так не вопрос! Мне туда же! Меня обязательно встретят на машине. Мы вас довезём до автовокзала, а там разберёмся. Сколько километров до вашего села?

Людмила. Много. Больше ста!

Софья. В юности меня тоже ограбили в чужом городе… Ну ни копейки денег! Помню, как люди у кассы складывались мне на билет. Даже на еду чуток осталось. Так что я тоже вам помогу! Вы, главное, сейчас ни о чём плохом не думайте. Расслабьтесь, отдохните. Потом ещё раз померю вам давление. Да и денег дам, сколько смогу.

Людмила. Не нужно. В городе дед наш на машине, дозвониться не можем…

Софья. Дед?

Людмила. Муж мой.

Софья. А! Муж!.. (Пауза.) Он в городе живёт, а вы в селе?

Людмила (слегка усмехнувшись). Нет, мы вместе живём, всю жизнь. У нас на другое число были билеты, но так вышло, что раньше уехали. Найдётся.

Софья (подпиливая ногти). Странно!..

Людмила. Что странно?

Софья. Ну, вообще, отношения людей.

Людмила. А у вас семья есть?

Софья. Есть…Но я в разводе. (Звонит телефон Софьи) Извините! (Отвечает на звонок.) Ну, и что у тебя опять, пожар или наводнение?.. Ага! Свет отключили! Так это же прекрасно! Наконец-то ты поймёшь, каким образом попадает электричество к нам в дом и что всё светящее, крутящее, стирающее, морозящее, заряжающее – в рабочем состоянии накапливает долги… Нет, в доме никаких купюр не осталось! Я даже документы Саше отнесла. А-а, да ты пьяный опять? Я даже слышу, что ты куришь! Умоляю, не кури в постели, будь человеком! С газом – осторожней! Ты слышишь меня? И воду закрывай!.. А тебе какое дело, куда я поехала? Вернусь, через неделю… Двери запирай, газ выключай!.. Я тебе не Софочка, я тебе Софья Андреевна! Позвоню ещё… (Заканчивает телефонный разговор.) О Господи! Не муж, а наказание какое-то! (Звонит.) Алло! Саша! Сыночек! На работе сегодня? Как там моя маленькая поживает?.. Прививку поставили? Ой, и как она? А температуры нет? Ну, вы там осторожнее, не купайте пока. К отцу-то зайди… Ну что, что… - пьёт опять! Ты за ним посматривай. Зайдёшь сегодня?.. Ну, пока, сыночек, целую вас всех!

Людмила (после недолгой паузы). Так вы вместе живёте?

Софья. Живём. Давно развелись, всё разъехаться не можем. Шестой десяток уже, а всё как ребёнок. Куда его девать-то? Пьёт, и ничего ему не делается! Тьфу, нельзя так говорить, но вообще это больной вопрос в моей жизни. Так не хочется этим всем заниматься: квартиры продавать-покупать, вещи развозить. Я ему предлагала уже, да он ни в какую не соглашается. Хорошо ему со мной… Да ладно, пусть живёт!

Людмила. Наш вот не пьёт и даже не курит.

Софья. О! Повезло вам!

Людмила (иронично). Романтик!..

Софья. Гм! А у нас романист!

Людмила. Как?

Софья. Писатель, роман пишет. С юности создаёт гениальную книгу, не написал до сих пор. А теперь всё чаще пьёт и оплакивает судьбу человечества. Трезвый – сама интеллигентность! А напьётся – сразу оппозиционер и революционер! И ужасно надоедает! Не любит его никто. Раньше ещё какие-то поэтесски клеились, а сейчас – и я разлюбила, и другая выгнала. Он ещё пребывал в иллюзиях по поводу своей личности, думал, что мы за него ледовое побоище устроим! А!.. Жаль его искренне. Родной человек вроде, хоть и камень на моей шее.

Людмила. Значит, ещё любите, раз родной человек, и жалко его.

Софья. Нет, не люблю… Но вот был один случай, когда я чётко поняла, что зла ему не желаю. Мы были уже в разводе. Уехал он куда-то на машине, я и не интересовалась, где он время проводит. Вдруг мне звонят с незнакомого номера и спрашивают, знаю ли я такого-то и кем ему прихожусь. Я говорю: «Да, я его жена, а что с ним случилось?» Мне ничего не ответили. Я испугалась, стала звонить ему, но у него был отключен телефон. И были какие-то несколько минут, когда я почувствовала, что не хочу его смерти или каких-то других неприятностей. Пусть он живёт с другими людьми на другом конце мира, пусть он жалкий, но пусть он просто будет. И мне даже казалось, что вот как я сейчас попрошу у кого-то внутри себя, так и будет. Как только я разобралась со своей душой, он позвонил и объяснил, что заехал на частную территорию и был задержан… А любовь – это что-то другое, как-то не из жизни реальной.

Людмила. Ну, вот вы в разводе, да? А живёте вместе. А если он заболеет?..

Софья. Тьфу! Даже думать боюсь на эту тему! Наверное, не брошу…

Людмила. Зачем же тогда разводились?

Софья. В смысле? Ну, чтобы ещё кого-нибудь любить!

Людмила. Это… как сказать-то?.. Мужчину на стороне, что ли?

Софья. Ну, что-то в этом роде. Нельзя женщине без любви! Она, как растение без солнца и воды, желтеет и засыхает.

Людмила. Какая вы… Любовь! У кого она есть? Это в молодости хорошо. Теперь уж внуков надо любить. И какое в этом счастье? Счастье, когда вместе – в горе и в радости!

Софья (вздыхает). Нету у меня такого счастья. И я понимаю, почему вы как-то иронично сказали «романтик».

Людмила. А что хорошего-то? У человека есть семья, а ему так и нет покоя…

Софья. Пока человек живой, ему никогда нет покоя, потому что ничто в мире не совершенно, кроме… какой-то, наверное, мечты! Утомила я вас…(Снова звонит телефон Софьи.) Ой, Людочка, извините! (Отвечает на звонок.) Добрый день! Да, я ещё в пути… Завтра утром. Нет, я не смогу этого сделать… Я, извините, не мыла шею для глубокого декольте. Некогда будет! Отдам экспонат, переночую – и назад. Так, так, да… Но это не ко мне, это обратитесь к Ольге Аркадьевне, в комитет по культуре, я ей все документы отдала… Да, да… До свидания.

 

Голос Софьи перемежается со стуком колёс, постепенно становится темно.

 

Людмила (высвеченная снопом света, одна, обращаясь к зрителям, расположена как можно ближе к ним, открыв окно или шторку в окне). Счастье!.. Все завидуют мне: и сёстры, и соседки, и на работе. Какая ты счастливая! Такой муж работящий! Дом выстроил, детей вырастил, мебель – и ту сам смастерил. А я уже много лет как зажала в сердце обиду, которую не знаю, как выговорить. Не любит он меня! Мне не радуется. Он хозяин в доме, он отец детям, дед внуку. На гитаре он играет! Перекладину сделал во дворе, сказал, что для детей, и сам на ней крутится. А я смотрю на него и думаю: «Всё скачешь, как козёл, всё успокоиться не можешь…» И сама пугаюсь своих мыслей. Голова что-то разболелась… (Закрылась.)

 

Действие второе

 

Вокзал. Перрон заполнен провожающими.

Голос диспетчера: «Поезд до станции Н-ск прибыл на первый путь, стоянка поезда 20 минут».

Состав остановился, слышен скрежет тормозов.

На перрон входит строй новобранцев. Голос лейтенанта: «Разойдись». Все целуются, обнимаются.

Из вагона выходит Софья, проходит, останавливается под фонарем. В полумраке одна говорит по телефону. Ранний вечер, накрапывает дождь…

 

Софья. Сердце моё!.. Кроме тебя я никому не могу рассказать, как люблю тебя! И нет такой глубины, куда бы я не проникла ради тебя!.. А помнишь, как я вышагивала по коридору гостиницы, а ты шёл сзади и присвистывал в такт моих шагов и движений юбки! И ликование моё было выше и полнее, чем тщеславие актрисы, идущей прилюдно по красной дорожке. Из миллионов глаз я узнаю твои глаза, полные огня и желаний! Прости, что я не приняла в дар твою картину, я тебе твой шедевр возвращаю… Эта картина не моя, она – всенародная! Николушка! Свет ты мой ясный! И вся душа моя в тебе, и не нужны мне больше никакие красоты мира, моря и звёзды… Ты подарил мне главное – мечту о счастье! Потому что дома у реки у меня никогда не будет. Нет, что ты, я не пессимистка, просто разумная женщина… (Направляется к вагону, слышится голос военного: «По вагонам!») Кстати, а что ты сделал с нашей Оленькой из отдела культуры? Она, конечно, симпатичная, но нельзя так с женщинами! У неё же муж есть и дети, и она глу-па-я! Так себя выдавала!.. Да, так! Смотрела, не моргая, и не отходила от тебя ни на шаг. Хорошо, что ты подписал мне картину, а то ведь она сама собиралась в командировку. Ах! И ещё эта странненькая журналистка-язычница! Боже, она так смешно закатывала свои косые глазки! (Смеётся). Ну-ну-ну, свет очей моих! Не завидую твоей жене, она, наверное, так страдает! О-ля-ля! Если бы я была твоей женой, то мне бы пришлось освоить профессию снайпера! (Смеётся.)

 

Голос диспетчера: «До отправления поезда до станции Н-ск осталось 5 минут, просим пассажиров занять свои места». Софья поднимается в вагон и сталкивается с бригадой врачей, входит в купе. Людмила лежит, укрывшись одеялом. Даша сидит с ней, Даня на сиденье напротив. Доносится шум дождя, лёгкое сверканье молний.

 

Людмила. Даша, ты опять курила?

Даша (посмотрев на Софью). Мама! С чего ты взяла?

Софья. Извините, Людочка, это я курю… (Обращаясь к Даше.) Что? Снова плохо? Укол поставили?

Даша. Не знаю, как я её до дома довезу…

Софья. Я обещала, что помогу вам. У меня тоже багаж есть, но я гарантирую вам мужчину с автомобилем. А вы так и не можете дозвониться до своих родственников? Если у вас кончились деньги, вы можете позвонить с моего телефона или SMS отправить. (Тихонько.) И вот – от запаха… (Отдаёт Даше маленький флакончик из своего кармана.)

Даша (с телефоном в руках). Спасибо! Мне деньги положили, а их ещё нет. Мама, ты спишь? (Софье.) Пойду заряжу телефон. Посмотрите за Даней. (Уходит.)

 

Софья взбирается на свободную верхнюю полку.

 

Даня. А можно я к тебе залезу?

Софья (шёпотом). Ну, давай, полезай осторожно… (Помогает ему взобраться.) Тихо, бабушку не разбуди.

Даня. А у тебя игры есть?

 

Сверкает молния.

 

Софья. Конечно есть. (Показывает телефон.)

 

Грохочет гром.

 

Даня. О! Дедушка!!!

 

Вагон наклоняется, Софья задерживается рукой, чтобы не упасть, другой рукой забирает у мальчика телефон, быстро что-то в нём меняет.

 

Софья. Тише, тише… (Шёпотом.) Какой дедушка? Твой дедушка?

Даня. Мой деда Коля…

Софья. Даня! У тебя есть деда Коля? Как интересно! А кто у тебя ещё есть?

Даня. Папа, но он с нами не живёт…

Софья. Ах, как печально! Я уверена, что у тебя самый лучший на свете дед! Правда! Смотри, это не деда Коля, это Джонни Депп, артист… Смотрел «Пираты Карибского моря»? Вот – Джек Воробей… Давай я тебе интересную игру покажу!

 

Возвращается Даша с телефоном и со стаканом чая.

 

Даша. Даня! Ты опять! Слезай, кушать будем. (Наклоняется к матери.)

Софья. Я думаю, что с ней всё будет хорошо.

Даня. Не, я с Софьей! Мы играем.

Софья. А если мы вместе спустимся вниз – будешь кушать?

Даня. Да.

 

Спускаются и все садятся на одну полку, Софья с краю. Даша разворачивает бутерброды, наливает сыну сок.

 

Даша. Ешь! (Сама тоже ест, не расставаясь с телефоном.)

Даня (матери). А покажи, где я танцую!

Даша. Отстань, мне надо дедушке эсэмэску написать…

Софья (тревожно улыбаясь). Боюсь, что до следующей станции связи не будет… Может, посмотрим, как Даня танцует?

Даша показывает видео и фотографии.

 

Софья. О, какие все нарядные!

Даня. Это я на празднике в садике.

Даша. А это мы дома… А это в лесу…

Даня. Смотри, какой я нашёл гриб!.. А это я с дедом на рыбалке!..

Даша. Даня, тише, бабушку разбудишь… Ложись уже спать. (Укладывает сына.)

 

Звонит телефон Софьи.

 

Софья. Господи!.. Ещё и так! (Софья сбрасывает звонок, но тут же телефон звонит вновь, и она отвечает на звонок.) Привет! Узнала, конечно… Гриша! А ты в курсе, что я в роуминге? Тебе кто вообще этот номер дал? Я уже забыла, как ты выглядишь… (Смеётся.) Да! Я, как и прежде, замужем. У тебя тоже есть подруга дней твоих суровых! Всё, отстань…

Даша. Круто вы его отшили…

Софья. Чем старше женщина, тем разборчивее в людях.

Даша. В мужчинах.

Софья (смеётся). И в мужчинах тоже! Поэтому в юности часто ошибаются… Красота сбивает с толку.

Даша. Да вы и сейчас приятная женщина.

Софья. Спасибо. Держусь из последних сил… Мама у вас красивая, величественная такая, я бы даже сказала, монументальная – античная богиня! Берегите её!

Даша. А какая она в молодости была! Косы по пояс!.. Стройная! Вот примерно как вы. Папа её часто рисовал.

Софья. Ваш папа – художник?

Даша. Можно сказать и так. Он учителем рисования работал в школе у нас в посёлке. И всегда рисовал картины. В Союз художников его приняли. У него выставка даже в Москве была и во всяких других городах тоже… Он у меня тоже красивый папа. Вот, смотрите. (Показывает фото в телефоне.)

Софья. Всем девочкам папы кажутся красивыми… (Смотрит фото в телефоне.) А! Ну да, симпатичный… Такие руки! Действительно, на Джонни Деппа похож. (Улыбается.)

Даша. Почему вы так решили?

Софья (показывая свой телефон). У меня заставка такая на дисплее. Даня увидел и сказал, что это его дедушка.

Даша. И правда, что-то есть, никогда б не подумала. Надо будет ему сказать! (Звучит сигнал пришедшего SMS-сообщения.) Наконец-то деньги пришли! Я выйду на минутку.

Даша выходит с телефоном из купе. Софья тихонько поёт колыбельную Дане. На слова «Придёт серенький волчок, схватит Даню за бочок» за дверью раздается дикий вопль, ор молодого мужчины, визг Даши. Даша быстро забегает обратно, испуганная, пытается закрыть дверь на замок.

 

Софья. Тише, тише… Что случилось?

Даша. Не открывайте дверь! Умоляю вас! Там обдолбанный!

Софья. Кто?

Даша. Ну, обкуренный… Мне так страшно!

 

Даня всплакнул во сне, Даша его успокаивает.

 

Даша. Спи, спи, сыночек!.. (Софье.) Только дверь не открывайте!..

 

Кто-то пытается открыть дверь купе, Софья встаёт, держит ручку двери, стараясь загородить собой испуганную Дашу и ребёнка.

 

Даша. Ой, мамочки!

Проводник. Это проводник, откройте.

Софья (приоткрывая дверь). Георгий, это вы! Что там случилось?

 

Проводник входит в купе.

 

Проводник (обращаясь к Даше). С вами всё в порядке? Это вы уронили телефон? (Отдаёт Даше телефон.)

 

Даша. Да… Спасибо! Он меня толкнул, я упала, так испугалась, что не поняла, как потеряла телефон…

Софья. О ужас! Наркоман? В нашем вагоне? Надо срочно вызвать полицию!

Проводник. Не бойтесь, его уже забрали… Он из соседнего вагона, курил у нас в туалете. Парни его увели, призывники. Не будем шум поднимать, они люди серьёзные, сами разберутся.

Даша. У меня там зарядка осталась, пойдёмте вместе, а то я боюсь.

Проводник. Да я смотрю, вы поранились… Идёмте, у меня аптечка есть.

 

Проводник и Даша уходят. Через небольшую паузу в темноте высвечивается фигура Даши, сидящей на табурете.

 

Даша (обращаясь к зрителям). Сначала умер Цыган. На машине разбился. Потом и подружка его – Эди – с моста спрыгнула… А Гаврош попался с дозой, денег на адвоката у него не было, и его закрыли. Я тогда с Денисом жила, с его родителями в городе. Интеллигентная вроде семья, мать в институте преподаёт, у отца бизнес, хорошая квартира, а Денис – бездельник! Всё по клубам да по барам. Какую-то музыку сочинял… Где-то подрабатывал. В городе я училась. Мне, девчонке из деревни, всё это было жуть как привлекательно! Как-то мы с Денисом тусили у его друзей… Интересные, казалось, ребята. Цыган и Эди в клубе работали, квартиру вместе снимали, деньги у них водились. О чём-то умном и странном разговаривали, пили вино, курили сигареты. Потом… они разделили белые дорожки на столе и предложили мне. Денис уже унюхался, а я не хотела. «Не дрейфь, угощаем! – сказала Эди. – Будет классно!..» И я решилась… В голове словно фонарь зажёгся. Казалось, что я знаю что-то важное про жизнь, что есть какой-то большой смысл во всём этом… Потом я, конечно, проклинала этот день. Много было всяких таких опытов, хотя я старалась не втягиваться. То казалось, что я в каком-то лесу, то как в планетарии… Всё поплыло, какие-то звезды по комнате кружились. А потом – ни о чём уже не можешь думать… Мои родители, конечно, ничего не знали. Хотя говорили, что я стала худой и нервной. Они привозили продукты, деньги, думали, что мы голодаем. Не знаю, что было бы со мной, если б не Даник. Я забеременела – и очень обрадовалась, бросила даже курить, опасалась, что с ребёнком будет что-то не так. И вроде бы всё обошлось, слава богу! Но Денис!.. Его родители помогали мне, но сам он недолго изображал хорошего отца… Ребёнку не было и года, когда однажды ночью я проснулась от истошного крика… Так не кричит человек, так ревут заколотые животные перед самой смертью. Даник заплакал, я стала бить Дениса по щекам, чтобы привести в чувство. Хорошо, что мы жили вместе с его родителями. Они проснулись, но не пришли к нам в комнату. Для них это было не впервой. Я схватила ребёнка и спряталась в комнате его матери. У них с мужем были разные комнаты. Утром позвонила своему отцу, и он забрал нас домой. Счастье, когда есть хорошие родители, особенно папа.

 

 

Действие третье

 

Утро. Купе вагона. Даша одевает Даню, Людмила собирает вещи. Необыкновенно светло!

 

Людмила (уже бодрым голосом). Как там моя Муська! Соскучилась, наверное…

Даша. Мама! Только пришла в себя, и сразу про свою кошку!.. Даня! Не вертись! (Матери.) Гляди, а соседка-то наша совсем ушла… Ни сумки, ни постели…

Людмила. Наши-то вещи все на месте?

Даша. Мама! Она же вчера так о тебе заботилась!

Людмила. На вид – приятная, но не простая, нет… Что-то в ней такое есть непонятное.

Даня. А Софья куда ушла?

 

Входит проводник.

 

Проводник. Вот ваши билеты. Постель ко мне принесёте. Чай будете ещё пить? Тут пассажирка вам конфеты просила передать. (Ставит на стол красивую коробку в форме сердца. Даня сразу её берёт и рассматривает.)

Даша. Спасибо. (Дане). Даня, поставь на место. (Проводнику.) Подождите! А можно спросить? Она говорила, что ей с нами выходить.

Проводник. Вышла под утро. Сказала, что срочно надо домой. Просила извиниться.

 

Звонит телефон. Проводник уходит.

 

Даша. О! Папа звонит!

Даня. Мой папа звонит?

Даша (смеётся). Нет, это мой папа звонит! Алло! Папа! Да нормально всё… Даня тут вот ёрзает… Мама? Да ничего, вроде оклемалась. (Обращаясь к матери.) Мам, может, не поедем пока домой? Папа хочет, чтобы мы все на выставку к нему пришли.

Людмила. Да ну, ты что? Тоже мне – выдумал! Куда мы с дороги, с вещами, с ребёнком?

Даша. Папа сказал, что номер нам снял в гостинице. Пошли, ну я очень хочу! (В телефон.) Пап, ты, главное, встреть нас, я её уговорю… Ну, пока! До встречи!

Людмила. Сам-то он где живёт?

Даша. Друг же у него там есть. В мастерской у него и живёт. А мы в гостинице будем, он номер уже снял.

Людмила. А он с нами будет?

Даша. Я не знаю. Нам бы где-нибудь молока купить, Даню накормить. Папа сказал, что всё устроит.

 

Звонит телефон, Даша выходит из купе.

 

Людмила. Чудеса!

 

Поезд тормозит… Голоса и звуки вокзала. Даня смотрит в окно. Голос проводника: «Не торопимся, все успеете выйти!»

 

Людмила. Даша! Где ты там? Сумки бери! Данюша, пошли потихоньку… Вроде бы всё взяли.

Даня. Ура! Дедушка приехал! Баба, там деда, вон… (Машет ему рукой в окно.)

Людмила (тоже смотрит в окно). Какой-то пакет у него большой…

 

К ним присоединяется Даша.

 

Даша. Смотри, сынок, а это кто там стоит?

Даня. Папа, папа! Мой папа пришёл!

Даша. Ничего себе! Всё Воробьиное семейство в сборе. Гляди, Даня, там ещё одна бабушка твоя, и даже Воробьёв дед пришёл.

Даня. А мы к ним пойдём? Я хочу к Воробьёвым!

Людмила. Как мало нужно ребёнку для счастья!

 

Идут к выходу.

 

Даша (на ходу). Мама! Мы договорились, что останемся в городе на денёк. Сейчас Даньку отдадим – и в парикмахерскую!.. Выставка в четыре…

 

Доносятся отдалённый шум вокзала, гудки поездов.

 

Сон Софьи

 

Свет приглушается… В полутьме доносятся звуки летней Купальской ночи, плеск волн, пение птиц, стрекотание кузнечиков. Постепенно освещается картина деревенского дома у реки. Мужчина и женщина неторопливо идут навстречу друг другу, надевают венки из цветов, целуются… Рядом причалена лодка. Светят луна и звёзды, отражаются огоньками в воде… Плеск волн перемежается со стуком колёс. Мужчина медленно стягивает с женщины белый сарафан, обнажая плечи.

 

Звонок телефона прерывает идиллическую картину. Купе вагона. Постепенно светлеет…

 

Софья (едва проснувшаяся, полусидя на вагонной полке). Николай Александрович! Здравствуйте! Рада вас слышать! Рассказывайте, как всё обернулось? Надеюсь, вам удалось вернуть свою картину счастья? С ней ничего плохого не случилось? Нам всем так повезло с проводником!.. Ты успел забрать, и никто ничего не понял? Господи! Слава богу!.. А как вообще выставка прошла? Какие отзывы?.. Да, я читала ваши SMS-сообщения. Не звонила, не хотела навредить вашему счастью… Что я сейчас делаю? (Встаёт.) Я еду в поезде… Домой… Да, была, конечно, некоторая канитель с билетами, с залом ожидания, но я сама так решила… Мой грех… Что я вижу из окна? Я вижу реку, дома у реки… Какая станция? Понятия не имею…Какой-то маленький город. А что? Ты собираешься в погоню? Охотник! (Смеётся и начинает поспешно собирать свои вещи.) О! Мужчина! А вы уверены, что это не повредит вашей любимой картине?.. Ах!.. Не говорите так, я ведь сумасшедшая. Я ведь сейчас выйду невесть где и буду ждать вас, сколько скажете, на любом постоялом дворе. У меня кончатся деньги, я продам все свои золотые кольца, все свои красивые платья и туфли, лишь бы увидеться с вами! (Поезд останавливается. Софья смотрит в окно.) Вот сейчас запоминайте. Станция Кам… Ка-мин-ска-я. (Берёт свою сумку и быстро идёт к выходу, продолжая говорить по телефону.) Коля! Я выхожу!.. Господи! Что я делаю, дура старая!.. Я обожаю тебя!.. Бегу, бегу!.. (Убегает.)

 

Перрон вокзала. Мелькают огоньки, раздаётся стук колёс. Софья сидит на своей дорожной сумке под вокзальным фонарём. Становится тихо. В полумраке с неба слетает белый пух…