Один том библиотеки альманаха «Тобольск и вся Сибирь»

Один том библиотеки альманаха «Тобольск и вся Сибирь»
О творчестве Сергея Заплавного

Я спросил у председателя фонда «Возрождение Тобольска» Аркадия Елфимова, с чего начиналась библиотека альманаха. В ответ он подарил мне увесистый том избранных произведений Сергея Заплавного, писателя из Томска.

Сергей Алексеевич Заплавный родился 12 мая 1942 года, окончил историко-филологический факультет Томского государственного университета, служил в армии. Публиковался с 1960 года… Стихи и проза, в основном – историческая. И только открыв этот увесистый том, я вспомнил, что встречал его произведения на страницах журнала «Наш современник», а ещё использовал его рассказы в подготовке лекций по литературному краеведению в Югорском государственном университете.

В сборнике собраны произведения разных лет. Многие из них выходили огромными советскими тиражами, но именно сегодня – в эпоху забвения и перевирания отечественной истории – они особенно нужны. Это повести «Марейка», «Узоры», «Четырежды воробей», «Рассказы о Томске», «Томские сказания», «Крылатый конь», «Клятва Тояна» и эпохальный роман о временах Смуты «Мужайтесь и вооружайтесь!». В нём рассказывается уникальная история о том, как сибирская дружина под руководством первого томского воеводы Василия Тыркова влилась в народное ополчение Козьмы Минина и Дмитрия Пожарского и участвовала в освобождении Москвы от польско-литовского нашествия. Замечу ещё, что Сергей Заплавный является автором гимна города Томска. А сборник стихов «Ступень» Сергея Алексеевича вышел в год моего рождения, в 1966 – в Западно-Сибирском книжном издательстве, старшим редактором которого он впоследствии станет.

Как всякий искушённый читатель, сначала «пристреливаешься» к языку автора, а потом уже принимаешь его «правила игры». Язык повестей лёгкий, народный. А вот язык романа густой, с засеянными в общую пашню историзмами, особой поэтикой и выверенной манерой речи героев. В то же время даже язык автора щедро посыпан чисто русскими поговорками, по которым и не поймёшь, от автора они или оттуда – из говоров народных. «У каждой встречи свои речи» или «Потом он девицу хвать-похвать – и поминай как звали». Сразу вспомнились любимые книги Дмитрия Балашова. Или близких мне по духу Александра Сегеня и Юрия Лощица. От, казалось бы, привычного, добротного языка советского писателя (а это сегодня значит куда как больше, чем изощрения постмодернистов, потому как детально выверенный язык) до глубинно-исторического, где начинаешь понимать огромный труд автора, сохранившего нить занимательного повествования в этой пёстрой мозаике одних только названий, исторических деталей, благодаря чему и рождается единое полотно большого исторического романа.

В своем стихотворении «Слова», посвящённом Валентину Распутину, Заплавный проникновенно сказал о языке:

 

«Люблю простые русские слова

За строгость и глубинное движенье,

Они всплывают в нас, как синева,

И полнят душу радостным волненьем.

Их вековой естественный настрой

Не знает фальши на тонах высоких».

 

О творчестве Сергея Заплавного писали В. Распутин, В. Астафьев, Б. Ручьёв, Д. Львов, И. Фоняков, В. Потанин, В. Бахревский, В. Гордейчев, народный поэт Алтая А. Адаров, критики Р. Колесникова, Ю. Лукин, наш земляк Станислав Ломакин. Потому добавлю в первую очередь как читатель: книги Сергея Алексеевича интересны, историчны, написаны живым и высокохудожественным языком, и по значению своему уже являются сибирской классикой.

Я же только выражу благодарность фонду «Возрождение Тобольска» за сохранение слова сибирских классиков в изысканных изданиях «Библиотеки альманаха», а также неустанному художнику многих изданий фонда Василию Валериусу за оформление.

А завершу авторитетным мнением Валентина Григорьевича Распутина:

«…Сергей Заплавный показывает себя мастером тонкого и психологического письма с сибирским привкусом, как это и должно быть по месту его жительства, и национальной пропитанностью, как это и должно быть по духу предков.

Помимо идеологических расхождений, российские литераторы в последние десять лет распались в патриотическом своём крыле на две части. Одна под тяжестью новых условий, когда её таланты оказались невостребованными, ушла в молчаливую оборону; вторая, более активная и несмирившаяся, вооружилась запасом тех знаний и наук, которые в другое время могли показаться второстепенными и которые необходимо потребовались для защиты отечественных ценностей. Это традиция нашей литературы – художник и философ в одном лице – традиция, к сожалению, в 20-м веке призасохшая, а теперь явившаяся в новом качестве. Сюда, в отряд расширивших и углубивших свой творческий диапазон писателей, я зачисляю и Сергея Заплавного».