Письма С.П. Ильёва – А.П. Рудневу

Письма С.П. Ильёва – А.П. Рудневу
(с комментариями А. Руднева)

«ИСКРОМЁТНЫЙ ЧЕЛОВЕК»

 

Публикуемые письма известного литературоведа, исследователя русского «Серебряного века», образованнейшего и остроумного человека, доктора филологических наук, профессора Одесского государственного университета им. И.И. Мечникова, Степана Петровича Ильёва (1937-1994) ко мне, который тогда был молодым, начинающим, только что получившим кандидатскую степень литературоведом. Эти тексты, несомненно, представляют собой всеобщий интерес, так как в них много говорится о том, что делалось тогда в сфере издания и научного изучения творчества писателя и драматурга Леонида Андреева, только лишь, пожалуй, тогда сопричисленного к бесспорным классикам русской литературы, идёт речь о процессах, происходивших в литературоведческой науке в целом – как в обеих столицах, так и в провинции, даются меткие, иногда язвительные характеристики видных литературоведов, фигурирует много имён известных людей, в частности, Аллы Александровны Андреевой (А.А.А.), вдовы Даниила Андреева и других.

С.П. Ильёв был замечательным учёным, а кроме того, и прекрасным педагогом по призванию, что подтверждается в воспоминаниях о нём под заглавием «Образ учителя» его любимой ученицы Веры Зубаревой. Она пишет о нём как о всеобщем любимце студентов Одесского университета. «<…> Он ушёл из жизни рано, оставив одну книгу и статьи, которые мне не все довелось прочитать. Папки со статьями загадочно исчезли из его квартиры после его смерти. <…> Искромётность Степана Петровича мгновенно преображала хмурое академическое пространство вокруг него. Казалось, стены коридора чуть раздвигались, когда он стремительно проносился на лекцию, захватывая в свой энергетический вихрь студентов, едва поспевавших за ним. Он был центром притяжения и отталкивания, в зависимости от того, к какому полюсу тяготел человек. Эпитет “блистательный” не столько определяет его, а словно для него был придуман. Его стремительность, необычный образ мышления, смелость научная и человеческая энергетика, излучаемая всем его существом, произрастали из этой блистательности». (с. 203-204)

Предлагаемые вниманию, как писали в старину, благосклонных читателей, письма С.П. Ильёва охватывают трёхлетний период – с марта 1989 по март 1992 года и, таким образом, в известной мере отражают переломный момент в нашей истории, а также и культуре, когда стало выходить много новых книг, «воскресали» ранее забытые или запрещённые имена. Но наряду с этим даже и сугубо, казалось бы, личные, частные коллизии, которые также широко фигурируют в этих письмах, безусловно имеют всеобщий интерес, так как об этом С.П. Ильёв писал со всегда присущим ему темпераментом, юмором и остроумием. Поэтому публикация этих писем, мы полагаем, совершенно правомерна и наряду с другими аналогичными публикациями – имя им легион – много приоткрывает и дополняет в представлениях об этом недалёком ещё времени, очень тревожном и тяжёлом, когда всё, говоря хрестоматийно известными словами Л.Н. Толстого из романа «Анна Каренина», «переворотилось», но толком не укладывалось. Время это, несомненно, было очень интересным, пусть даже, в конечном счёте, оказавшимся временем «неоправдавшихся надежд».

Письма С.П. Ильёва публикуются по автографам, хранящимся в моём домашнем архиве.

 

Александр Руднев

 

 

1.

 

Одесса, 26 марта 1989

 

Дорогой Александр Петрович,

Я пострадал-таки от повторного гриппа, который прихватил меня 7 марта. Постепенно околёмываюсь, хотя ощущаю упадок сил, всё – как в замедленной съёмке. Тем не менее, я уже писал вам именно в дни болезни. Надеюсь, письмо уже в ваших руках. В нём я обещал выслать вам двухтомник драм Л.Н. Андреева, что сегодня и выполняю с удовольствием, по личному опыту зная, как радуется сердце книжника…1

Высказывания А.А.А.2 о евреях я не одобряю, стыжусь слышать такие суждения от людей интеллигентных и считающих себя таковыми. Национальная самокритика – это совсем другое дело. Было время, когда А.А.А. дружила с представителями еврейства. Кратко сказать об А.А.А.: «Люблю тебя, моя комета, но не люблю твой длинный хвост!»3 Ваше увлечение ею я понимаю, я прошёл через него. В недостатках и достоинствах А.А.А. я, мне кажется, отдаю себе трезвый отчёт. Она подвержена настроениям и влияниям, её окружают люди недюжинного интеллекта, ну, и она «баба с мозгом», правда, несколько набекрень в рассуждении некоторых проблем и вопросов. Еврейский – один из них.

За напечатание в «Литературной России»4 порицать вас не следует, по-моему, потому, что у нас на Руси Святой нет независимых изданий, все – ангажированные, партийные, все они команде «кругом» развернутся на 180о и, как пионеры, всегда готовы, подобно пресловутой «пролетарской пушке» палить туда и сюда. Никогда так блистательно не оправдал себя афоризм: «журналистика – вторая древнейшая профессия», как у нас в советское время…

Из Петрозаводска5 мне давно не писали. Понимаю, что молчание с подтекстом. Я в опале. Прошу Вас никогда не упоминать моего имени в письмах к ним: будет ещё хуже.

Давно молчит и В.Н. Чуваков6. При встрече подбодрите его. Не отвечает мне и В.А. Келдыш7. Должно быть, все чем-то очень заняты. Желаю Вам скорого зачисления в штат ИМЛИ. Желаю Вам благополучия и душевного равновесия.

Ваш Ст. Ильёв

 

P.S. Прилагаю экземпляр моего последнего опуса8. Это – глава диссертации, вернее, монографии. Окромя дебильных «вопросов и заданий», весь текст совсем не составлен, а вполне оригинален. Но – «так надо».

Ст. Ильёв.

 

1 По всей видимости, какое-то письмо С.П. Ильёва не дошло до меня, а, возможно, и не одно, по крайней мере, впоследствии. Однако двухтомник пьес Леонида Андреева под названием «Л.Н. Андреев. Драматические сочинения в двух томах», Л., «Искусство», 1989, составление, вступительная статья и комментарии Ю.Н. Чирвы, я благополучно получил в качестве подарка.

2 Речь идёт об Алле Александровне Андреевой (1905-2005), вдове поэта и философа-мистика Даниила Леонидовича Андреева (1906-1959), сына Леонида Андреева (1871-1919), художнице, мемуаристке, которая в те годы активно выступала на всевозможных публичных собраниях и вечерах с чтением стихов Д. Андреева и с воспоминаниями о нём. Я также познакомился с ней на одном из таких вечеров, и она произвела на меня совершенно неизгладимое впечатление своей красотой, моложавостью и каким-то трудно подающимся словам очарованием. Однако сильно разочаровала меня и привела в сильное недоумение своими антисемитскими высказываниями.

3 Цитата из считающегося неустановленным стихотворения А.С. Пушкина, возможно, посвящённого жене, Н.Н. Пушкиной. См. об этом: «Мнимый Пушкин в стихах, прозе и изображениях», СПб., 1901, с. 35. Указано Н. Ефремовым.

4 Какая публикация у меня была в то время в «Литературной России», решительно не могу припомнить, но порицать за одно намерение напечатать что-либо в этом органе вполне могли.

5 В Петрозаводске в это время жил мой отец Пётр Александрович Руднев (1925-1996), известный литературовед, теоретик стиха, работавший на должности доцента кафедры литературы Карельского педагогического института. В общениях с людьми он отличался крайней переменчивостью и перепадами настроений. Именно это имел в виду С.П. Ильёв, бывший хорошо знакомый с ним и состоявший в переписке.

6 Вадим Никитович Чуваков (1931-2004), известный литературовед, научный сотрудник ИМЛИ, архивист, текстолог, один из ведущих отечественных специалистов в области творчества и биографии Леонида Андреева, подготовивший ряд ценнейших изданий, в частности, 72 й том «Литературного наследства» – «Переписка Максима Горького и Леонида Андреева». М. «Наука», 1965. Давний и близкий знакомый С.П. Ильёва.

7 Всеволод Александрович Келдыш (1929 г.р.), литературовед, специалист по русской литературе конца ХIХ – начала ХХ века, доктор филологических наук, в те времена был заведующим отделом литературы «Серебряного века» в ИМЛИ.

8 Какую главу из своей докторской диссертации, которая тогда им готовилась, прислал мне С.П. Ильёв, не припоминаю. Но скорее всего, речь идёт о каком-то методическом пособии для студентов по литературе «Серебрянного века». Позднее, но в том же 1989 году, он мне прислал свое учебное пособие, изданное в Одесском университете, «Творчество Анны Ахматовой».

 

2.

 

Одесса, 8 мая 1989

 

Дорогой Александр Петрович,

Да, у меня с В.Н. Чуваковым завязался эпистолярный сюжет, главным действующим лицом которого стали Вы. Я рад познакомиться с сыном моего дорогого друга Петра Александровича Руднева. О Вас лестно отзывается В.Н. Чуваков.

Ваши материалы1, по моему, могут заинтересовать члена редколлегии проектируемого сборника «ХХ век» и журнала «Русская литература» профессора Вячеслава Яковлевича Гречнего2, моего друга. Я имею полномочия рекомендовать авторов.

В данном случае достаточно сообщить Ваши предложения В.Я., сославшись на меня (я напишу также). Адрес В.Я. Гречнева: 194355, Ленинград, ул. Композиторов, д. 11-1, кв. 327; № домашнего телефона 513-39-81.

Для сборника «ХХ век» желательно, чтобы материал отвечал титулу издания с профетическим уклоном3 у Леонида Андреева, как Вам известно, этот уклон заметен невооруженным глазом; для журнала «Русская литература» требуется остропроблемная статья (публикация).

Желаю Вам успеха в ИМЛИ!

Пишите мне, когда у Вас будет желание. Как видите, я не задерживаю ответа на письма ко мне.

В Одессе созываются научные конференции (была Бабелевская), на очереди Пушкинская (май), Ахматовская (июнь), и осенью – Истринские чтения и др. Но последние заявки ещё принимаются, так что дерзайте, ежели что…

Ваш Ст. Ильёв

 

1 О каких именно материалах пишет С.П. Ильёв – не помню. Очевидно, речь идёт о материалах, связанных с проблематикой моей диссертации – публицистика и критика Леонида Андреева. Ни в планировавшемся сборнике «ХХ век», ни в «Русской литературе» публикаций у меня тогда не было.

2 Вячеслав Яковлевич Гречнев, литературовед, специалист по литературе начала ХХ века, автор монографии «Русский рассказ конца ХIХ – начала ХХ века»: «Проблематика и поэтика жанра», Л. «Наука», 1979. Был профессором и заведующим кафедрой русской литературы в Ленинградском институте культуры им. Н.К. Крупской. Я виделся с ним один раз во время одной из своих поездок в Ленинград, но продолжения общения не последовало.

3 Профетический – Пророческий.

 

3.

 

Одесса 21 мая 1989 года

 

Дорогой Александр Петрович,

Ваше письмо пришло в одночасье с письмом вашего батюшки, как оказалось, имеющего двух сыновей, (одно слово неразборчиво) Карла и Франца1, а сам он, значит (два слова неразборчиво) von Moor. Он пишет: «А.П. Руднев – это мой старший сын…». О В.П. Рудневе2, живущем в Риге я наслышан…

Спешу сердечно поздравить Вас по случаю утверждения ВАК Вашей защиты3. Сегодня же о Вас вновь пишет мне В.Н. Чуваков, как обычно, в благожелательном тоне, – о своих «хожениях» по коридорам власти в связи с привлечением Вас и других участников издания Леонида Андреева4.

В.Я. Гречневу я написал о Вас и жду его ответа. В адресе Вячеслава Ковалевича д. II-I действительно так, как вы расшифровали: «дом II корпус I». Я уверен, Вячеслав Яковлевич отзовётся сразу.

Л.А. Гальцеву5 я знаю с 1969 года, познакомились в Калуге, на конференции, которые созывал мой незабвенный друг Н.М. Кучеровский…6

Недавно она писала мне о том, что изо всех сил доводит до кондиции свою диссертацию, хотя служба оставляет ей мало сил и времени на научную работу…

В Одессе удачно прошла II Пушкинская конференция, а в четверг и пятницу гости разъехались. А сейчас я готовлю I Ахматовские чтения (12-14 июня). Ждём гостей из Москвы и Ленинграда во главе с Михаилом Дудиным7, он оповещает меня о прибытии в Одессу 10 июня. Много хлопот, в конце учебного года и без того гонка, но необходимо довести дело до конца. Ахматова – уроженка Одессы, нас этот факт обязывает ко многому…

Осенью много конференций, на многие я обещался и даже на две-три зарубежные. Исполню ли – Бог весть!8

О моих поездках в Москву и Ленинград обычно извещается В.Н. Чуваков. До августа они невозможны: летом я тружусь в комиссии по набору студентов. А что у Вас в Коломне? Какие курсы в педагогическом институте?9 Пишите. Ваш Ст. Ильёв

Ваши приветы Петру Александровичу и его семейству я передам10 of course11.

 

1 Герои драмы Ф. Шиллера «Разбойники».

2 Вадим Петрович Руднев (1958 г.р.), мой младший брат, филолог, философ, культуролог, автор многих книг, в то время жил в Риге и одно время состоял сотрудником журнала «Даугава», где много печатался. С 1990 года живёт в Москве. С.П. Ильёв был, скорее всего, читателем этого журнала.

3 Защита моей кандидатской диссертации на тему «Леонид Андреев – публицист и литературно-художественный критик: проблематика, стиль» состоялась на факультете журналистики Московского университета 11 ноября 1988 года.

4 Меня планировали взять в группу ИМЛИ по изданию Полного академического собрания сочинений Леонида Андреева, но состоялось это несколько позднее.

5 Лариса Алексеевна Гальцева (1935 г.р.), исследователь творчества Леонида Андреева, однако не вполне проявившийся, работала преподавателем – ассистентом на кафедре литературы Тульского госпединститута им. Л.Н. Толстого (ныне университета). Кандидатскую диссертацию она так и не закончила и не защитила.

6 Николай Михайлович Кучеровский (1922-1974) был тогда заведующим кафедрой литературы в Калужском пединституте, занимался творчеством И.А. Бунина, издал одну книгу о нём.

7 Михаил Александрович Дудин (1916-1993), известный советский поэт, в 1991 году написал предисловие к первой изданной книге стихов Даниила Андреева «Русские боги».

8 Неполная строка из стихотворения А.С. Пушкина «Городок» (1817) – «Я много обещаю – исполню ли, Бог весть!». Эту цитату С.П. Ильёв, по-видимому, любил и часто использовал.

9 Я не преподавал в Коломенском пединституте – очевидно, С.П. Ильёв точно этого не знал.

10 Дело в том, что я всегда и особенно в то время был в сложных отношениях с отцом, а вскоре окончательно порвал с ним, но в шутку просил С.П. Ильёва передать ему поклон.

11 Оf course (англ.) – конечно.

 

4.

 

Одесса, 4 июля 1989 года

 

Дорогой Александр Петрович,

Примите экземпляры Пушкинских и Ахматовских чтений вместе с моими извинениями за длительное молчание. Лишь сегодня я могу ответить на Ваши письма (2) без спешки. Участие в 3х чтениях (Бабелевских – пассивно, Пушкинских и Ахматовских – активно) плюс учебная нагрузка и приёмная комиссия совсем оторвали меня от письменного стола на месяц и более.

А. П. Черникова1 я знаю по имени, встречались мне его статьи и публикации. Тот факт, что он опубликовал «Заявление» Вернера, снимает вопрос о подготовке материала для «Русской литературы», где его ждут даже с нетерпением. Я же хотел бы как можно скорее увидеть выпуск «Записок ОР ГБЛ» с этой публикацией (А.П. Черникова), о чём пишу и В.Н. Чувакову, возвращая ему его «перевод» с моими поправками и присовокупляя к нему моё прочтение рукописи.

В.Я. Гречнев мне писал о Вас. Поддерживайте с ним связь. Он мой друг, человек обязательный, дельный и т.д.

Ваш отец сообщает о том, что у него уже 2 месяца состояние депрессии. И ещё у него какая-то «неприятность». «Поимейте» всё это ввиду.

Л.А. Гальцева – старинная (с 1969 г.) моя приятельница. Я давно жду её защиты. Напишу ей и пошлю тезисы, как и Вам.

Пишу Вам на бланке вечера поэзии Мандельштама, участником вечера был и я. Я в приёмной комиссии, с 1 августа – в отпуске.

Ваш Ст. Ильёв

 

P.S. В сентябре 89 года в Одесском университете состоятся I Истринские чтения. Если желаете, пришлите заявку и тезисы на имя доцента Александрова Александра Васильевича (кафедра русской литературы Одесского университета. Одесса-15, Пролетарский бульвар, 24/26, филфак, кабинет 74/2)

Ваш Ст. Ильёв

 

1 А.П. Черников – литературовед, текстолог, занимавшийся преимущественно текстологическими разысканиями по творчеству Л. Андреева. Речь идёт о его публикации «К творческой истории “Рассказа о семи повешенных” Леонида Андреева («Записки отдела рукописей ГБЛ», вып. 47, М., 1988), где была впервые опубликована исключённая из текста рассказа Л. Андреевым глава под названием «Я говорю из гроба», представляющая собой предсмертную речь одного из героев – революционера-террориста Вернера, заменённая на главу «Их привезли». С.П. Ильёв и В.Н. Чуваков предложили другое прочтение этого текста по автографу, уличив публикатора в ошибках и даже плагиате.

2 В Одессе ни на каких чтениях, несмотря на постоянные приглашения С.П. Ильёва, мне побывать так и не пришлось.

 

5.

 

Одесса, 28 августа 1988

 

Дорогой Александр Петрович,

Я затянул ответ на Ваше письмо от 14 июля. Сначала приёмная комиссия отвлекала, потом – запущенные дела, а 14 августа я уехал с семьёй в Евпаторию для короткого отдыха. И вот я уже третий день сижу за машиной (так у С.П. Ильёва – А.Р.) и отвечаю на письма. Спасибо за привет из Ленинграда!

В.Н. Чуваков прислал мне экземпляр выпуска 47 «Записок ОР ГБЛ». Публикацию А.П. Черникова мы признали неудовлетворительной. Можно прибавить также, что она сработана в научном отношении недобросовестно, поскольку публикатором замолчаны печатные материалы к «Рассказу о семи повешенных», известные специалистам. А.П. Черников игнорировал их, не подвергнув критике. Текстуальные совпадения его текста и текста В.Н. Чувакова ошеломительны.

Когда выйдет в свет роман С.А. Руднева «Под карантинным флагом» – не примените прислать экземпляр. Я не читал этого произведения и узнаю о нём из Вашего письма1.

По возвращении из Евпатории я нашёл у себя краткое письмо от П.А. Руднева. Судя по тону, всё в порядке, что меня всегда радует. Пётр Александрович сообщает о том, что Лиза в Англии2 и пробудет там до начала сентября. Намечается поездка в Киев…

Л.А. Гальцева писала мне, что она интенсивно трудилась над диссертацией и явно выходила на последнюю финишную линию. Она затянула свой труд. Летом я уже писал ей и выслал какие-то книги, но ответа от неё нет.

У В.А. Чувакова память мемуариста! В середине 70-х годов я был проездом в Москве (возможно, из Гданьска в Одессу или наоборот, уже не помню). А в Туле жил мой приятель историк Р.А. Басов3 (историк редкостный, а потому опальный при всех режимах!), друживший с покойным мужем Ларисы Алексеевны. Гальцеву мы дома не обнаружили, а потому на сэкономленное время то ли пешком пошли, то ли в автобусе проехали в Ясную Поляну, но в дом Льва Николаевича не проникли…

Боюсь, что в Ленинграде вы не застигли В.Я. Гречнева, который ездил к другу в Харьков и его окрестности, о чём он написал мне некоторый отчёт. В речке ловили закуску, поскольку друг любит это дело, а Вячеслав Яковлевич не отступает от традиций молодости…

Мне предстоит кратковременная поездка в Москву в конце сентября (нет, не получится – в начале октября) по издательским делам. Может быть в столице встретимся…

В течение сего месяца я буду сидеть дома, а потом поеду в Крым на конференцию (Гурзуф) и заседание редколлегии научного сборника ВРЛ4 (Симферополь).

В настоящее время я занят символистскими романами5. Посещают всякие задумки – нет ни времени, ни сил на их не то что осуществление, а даже на проверку, примерку…

Желаю Вам успехов и отличного настроения

Ваш Ст. Ильёв

 

1 Речь идёт о так и неосуществлённом, но планировавшемся переиздании, при моём непосредственном участии, романа моего родственника Сергея Александровича Руднева (1895-1962) «Под карантинным флагом» на тему о русской константинопольской эмиграции после гражданской войны (роман автобиографический), изданного единственный раз в московском издательстве «Недра» в 1926 году. Издательство «Художественная литература» заключило со мной договор, однако роман так и не был переиздан. Поэтому надежды С.П. Ильёва его прочесть оказались несбывшимися.

2 Елизавета Петровна Руднева (1969 г.р.), моя единокровная сестра, дочь моего отца от второго брака, много лет живёт в США.

3 Неустановленное лицо. По-видимому, преподаватель Тульского пединститута. Скорее всего, автор книги «Элитаризм. Традиция Мудрецов и Воинов».

4 «Вопросы русской литературы».

5 По всей вероятности, С.П. Ильёв работал тогда над своей монографией «Русский символистический роман», вышедшей в свет в Одессе в 1991 году.

 

6.

 

Одесса, 3 сентября 1989 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Спешу поздравить Вас по случаю находки рассказа Л. Андреева «Путешественник»1 и эвентуального его напечатания в «Литературной России», этой реакционной трибуне Союза писателей (см. «Книжное обозрение» № 35).

А. Вагин2 искал и не обрёл рассказа. Он, увы, похож на своего великого деда только внешне, да и то не очень. В личном общении он хорош и мил, но человек неверный, легкомысленный, необязательный. Моя с ним 20-летняя переписка изобилует такими перепадами наших отношений, что это одна сплошная драма (вернее, трагикомедия) или цикл фарсов. По существу Саша – фальшивый внучатый племянник Леонида Андреева, хотя формально он к нему (одно слово неразборчиво). Саша бездарен, малограмотен, закомплексован, вообще – продукт эпохи и Питера эпохи застоя. И, однако, общаться с ним, особливо в «Журдоме» (бывшем Суворинском) – одно удовольствие, правда, до поры, пока Саша не заправит коньячок бутылочкой – другой портвейна, четвёртой, пятой пивка, после чего в нём просыпается желание «начистить нос» незнакомцу, сидящему визави за столиком. К счастью, физиология вынуждает его умчаться к себе в общественном транспорте, не прощаясь… Кратко сказать, Саша – живая натура для романа «Нечистая сила» Вал. Пикуля.

Да, В.Я. Гречневу не удалось склонить редколлегию на издание специального номера (андреевского) журнала «Русская литература». В номере 4ом будет публикация Л.А. Иезуитовой3. Саша Вагин и Л.Н. Кен4 ревнивы к материалам из «Русской воли»5 потому что давно в ней копаются.

Петру Александровичу я написал. Он не спрашивал меня, как мы познакомились, а, возможно, я и сам объяснил ему этот феномен.

Прилагаю бланк заказа на книгу моего приятеля6.

Я упорно просиживаю до отпуска за письменным столом и ничего не произвожу. Кризис жанра!

Ваш Ст. Ильёв

 

1 Мне довелось обнаружить в журнале «Народное благо» (1901, №1) совершенно неизвестный рассказ Л. Андреева «Путешественник», который я републиковал в «Литературной России», 1989, № 46,17 ноября, с. 22. – Эвентуальный – предположительный, ожидаемый, желаемый.

2 Александр Серафимович Вагин (1945-1993), внучатый племянник Леонида Андреева, сын его племянницы Ирины Андреевны Вагиной, ленинградский журналист, литератор, поэт. Старинный друг С.П. Ильёва, который часто относился к нему иронически и порицал за неумеренное употребление горячительных напитков, иногда не вполне добропорядочное поведение и т.д. Я познакомился с ним в Ленинграде примерно в это время и какой-то период состоял с ним в дружеских общениях и переписке.

3 Людмила Александровна Иезуитова (1931-2008), литературовед, исследователь Леонида Андреева, автор монографии о нём («Творчество Леонида Андреева. 1892-1906» Л., изд-во ЛГУ, 1976) и многочисленных работ, доцент Ленинградского университета. Статья Л.А. Иезуитовой, опубликованная в «Русской литературе», о которой пишет С.П. Ильёв – очевидно, «Леонид Андреев и Эдвард Мунк».

4 Людмила Николаевна Кен (1936 г.р.), литературовед, специалист по творчеству Леонида Андреева, жена А.С. Вагина.

5 «Русская воля», – банковская газета, издававшаяся в Петрограде в 1916-1917 годах при содействии шефа жандармов А.Д. Протопопова, имела репутацию правительственного официоза. Л. Андреев возглавлял в ней литературно-театральный отдел и был фактическим её редактором вплоть до её закрытия после Октябрьской революции. Пытался привлечь к сотрудничеству многих виднейших современных писателей, но почти все под теми или иными предлогами отказывались. Сам Л. Андреев опубликовал в «Русской воле» около сотни художественных и в основном публицистических произведений.

6 О какой книге и какого приятеля С.П. Ильёва идёт речь, – не припоминаю.

 

7.

 

Одесса, 4 октября 1989 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Недоразумение разъяснилось, Ваши письма мною получены, спешу отвечать по существу.

В течение последних 11 дней я был в Крыму: в Гурзуфе на Пушкинской конференции и в Симферополе на заседании редколлегии научного сборника ВРЛ. Рассчитываю на будущей неделе съездить дня на 2 в Москву и затем в Ленинград, хочу заглянуть в тамошние редакции, издательства. Я останавливаюсь у Аллы Александровны Андреевой (229-87-51). Сейчас пишу ей. Если она примет меня, пожалуйста, позвоните ей (12-13-14 октября). В.Н. Чуваков отпадает, поскольку поедет за дарами Валдая…1

Назначим сборный пункт в зале Главтелеграфа (у входа, в вестибюле или в зале у окошка «до востребования»), поскольку там я получаю письма или звоню. Если созвонимся через Аллу Александровну Андрееву, то всё уточним и пепреиграем в случае надобности. Со мною в Москве хочет встретиться Чжоу Ци-Чан2. Может быть, в 18.00 12 или 13 октября. Если я буду знать обстановку, я извещу Вас каким-либо способом заранее. Если сумею, я воспользуюсь вашим телефонным номером. Спасибо.

Саша Вагин – милый, хороший человек, но не без недостатков, наша переписка – это трагикомедия характеров наших отношений. О нём и ему подобных я скажу словами К. Бальмонта: « Я горько вас люблю, печальные уроды!...»3

На ворчание Л.А. Иезуитовой не реагируйте: полемизировать – Ваше священное право. Итак, до эвентуальной встречи в Москве.

Ваш Ст. Ильёв

 

1 В.Н. Чуваков, по-видимому, собирался поехать в какой-то санаторий или дом отдыха на Валдае.

2 Неустановленное лицо. По всей видимости, какой-нибудь китайский или корейский аспирант или начинающий литературовед.

3 Неточно процитированная строчка из стихотворения К.Д. Бальмонта «Уроды». У Бальмонта: «Я горько вас люблю, о бедные уроды».

4 Л.А. Иезуитова была обижена на меня за полемику с ней по поводу особенностей авторской позиции в ранних газетных фельетонах Л. Андреева, о чём она могла прочесть в автореферате моей диссертации. В дальнейшем, после личного знакомства я был долгие годы с ней в хороших отношениях.

 

8.

 

Одесса, 31 октября 1989 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Я виноват перед вами и прошу прощения. С отъездом В.Н. Чувакова и А.А. Андреевой мои явочные квартиры в Москве провалились, поэтому простояв около 30 минут в вестибюле Главтелеграфа в условленный день (11го, а не 12го), я уехал в Питер в ночь с 11 на 12 октября. Если бы не отъезд Аллы Александровны, мы встретились бы непременно и не зная друг друга, поскольку я уверен, вы похожи, хотя бы отдалённо на Петра Александровича. Ответ ему я задержал, каюсь. Он подумает, что я обижен им (повод всегда найдётся).

В Питере виделся с Вагиным и Гречневым. Саша отзывается о Вас очень хорошо, так что в его лице Вы явно приобрели друга. Я рад, потому что как же иначе?! Я рассчитывал вновь быть в Питере в течение последней декады января, поскольку я зван сразу на две конференции в ИРЛИ – Грибоедовскую и Некрасовскую.

Позавчера я возвратился из Ставрополя, где прошли IХ Брюсовские чтения. Съездил на Домбай («Зубр»). Величественная картина! И погода была все дни – «золотая осень»!

Сейчас окунаюсь наконец в учебный процесс. Пока есть силы, тружусь в поте лица, но вообще же не тем душа моя полна. Наобещал я много и многим. Исполню ли – Бог весть.

Я пытаюсь подписаться на Собрание сочинений Леонида Андреева1. От кафедры готовлю бумагу, не верю я в неё, а всё же…

От Чувакова письмо – письмо, уже из Москвы. Сообщает о телефонном разговоре с Вами.

В Одессе уже печальная осень, хмуро, ветрено и сыро.

Пишите обо всём, чему будете свидетель. Успеха в трудах!

Ваш Ст. Ильёв

 

1 В это время в издательстве «Художественная литература» готовилось первое за всё советские десятилетия Собрание сочинений Л. Андреева в шести томах. Первые два тома вышли в 1990 году, издание закончилось в 1996 году. 3 й том был «мой» – я был автором статьи-послесловия и комментариев, в чём мне тогда бескорыстно и самоотверженно помогал В.Н. Чуваков – и советами, и предоставлением материалов. Подписаться на это издание поначалу было очень трудно – об этом и пишет С.Л. Ильёв.

 

9.

 

Одесса, 1 декабря 1989 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Спешу поздравить Вас с публикацией «Путешественника» в «Литературной России». Спасибо за вырезку. Я не получаю это издание1.

Статью Л.А. Иезуитовой в № 3 «Русской литературы» я прочитал бегло2. Она не заинтересовала меня то ли потому, что проблема не моя, то ли способом интерпретации материала.

Как принят был ваш доклад о юморе А.Н. Толстого и В.Я. Шишкова?3 Почему такой выбор? Потому что они в 1910 е годы именовались Еленой Колтоновской?4 в числе «неореалистов»? Юмор русских реалистов почему-то, как пишут у нас «грубоватый». Почему это? Народ другого не поймёт?

У меня как обычно в сию пору, – служебная рутина и лекции для неорганизованной публики. Всем до зарезу надобны лекции о Пастернаке, Ахматовой, Цветаевой, Мандельштаме и других поэтах-модернистах. В результате (одно слово неразборчиво) и научная работа в застое, что не есть хорошо, как на этот негативный факт ни взгляни…

Я намереваюсь увидеть Сашу Вагина в январе (3я декада). Я рассказал ему, как я аттестовал его в письме к Вам, он не обиделся, потому что знает, что я его, канашку, всё же люблю и за его пороки. Может быть, Вы втянете его в какую-либо эдиционную кампанию? Он нуждается в деньгах, а источников у него нет или они совсем пересохли.

В.Н. Чувакову оттиск статьи Л.А. Иезуитовой о Л. Андрееве и Мунке5 я отправил 22 ноября.

Одесские психиатры возымели намерение обсудить «Мысль» Л. Андреева6 и просят меня присоединиться к дискуссии.

Желаю Вам удачной поездки в Питер.

Ваш Ст. Ильёв

 

1. В кругах научной интеллигенции тех лет «Литературная Россия» имела репутацию официозного и потому одиозного издания и по этой причине учёные-гуманитарии не жаловали её.

2. О какой статье Л.А. Иезуитовой идет речь, установить не удалось.

3. Я делал доклад на означенную тему в музее-квартире А.Н. Толстого в Москве незадолго перед этим.

4. Известный литературный критик 1910-х годов.

5. Шведский художник-модернист Эдвард Мунк.

6. Речь идёт о рассказе Л. Андреева «Мысль» (1902), в котором изображена психиатрическая клиника и, возможно, о пьесе Л. Андреева с одноименным названием, написанной в 1914 году на основе этого рассказа и тогда же поставленной в Московском Художественном театре. Главную роль доктора Керженцева в этом спектакле исполнял известный актёр Л.М. Леонидов (1873 – 1941), по рождению одессит (настоящая фамилия Вольфензон).

 

10.

 

Одесса, 13 декабря 1989 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

А я-то уже мысленно представлял себе Ваше общество (Саня Вагин and CO) в Питере. Пожалуйста, передайте Сане моё «фэ», он молчит, а должен был корреспондировать незамедлительно, а так выходит, что он имеет обманную внешность, будучи по существу парнокопытным и с пятачком, тем самым он подаёт мне лёгкий повод для обид, по чужой и по нашей вине…

Саня, вместо того, чтобы водку жрать, делом бы занялся. Под лежачь камень и вода не текёть… Старец Лука1 ему кланяется…

Из Петрова завода нет вестей. Вообще, за редкими исключениями народ плохо пишет, разбосячился, бастует по-своему.

Если состоится обсуждение «Мысли» Л. Андреева, я опишу этот симпозиум.

В Одессу пригласим вас, если пожелаете. Пришлите заявку на 1 Истринские чтения, чтобы начальство не чинило вам препон.

В №№ 7-10 журнала «Театр» Вы «Воскресение Маяковского» Юрия Карабчиевского уже прочитали? Дерзкое сочинение. Ал. Михайлов2 не преминул метнуть в бунтовщика свой булыжный перун – за буйство и удаль3.

В сентябре 90 года в Херсонском пединституте созывается конференция по вопросам русского поэтического авангарда. Заявки и тезисы – до 1 марта.

В Одессе сухо, солнечно, ветрено, прохладно и тоскливо.

Вот и все новости.

Удачной вам поездки в Питер.

От Сандро Вагина жду «коллективного» (2 слова зачеркнуто) с окаянно-покаянными трезво-пьяными словами. (Водочка, она слезу любит, как карта…) Разражу подлеца и мезерабля! (Разумеется, эти страшные угрозы пишутся в шутку). Александра я достану иначе.

Ваш Ст. Ильёв

 

1 Имеется в виду известный персонаж пьесы А.М. Горького «На дне».

2 Известный исследователь жизни и творчества В.В. Маяковского.

3 Усечённая цитата из монолога Хлопуши из драматической поэмы С.А. Есенина «Пугачёв» – «Чернь его любит за буйство и удаль».

 

11.

 

Одесса, 13 января 1990 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

С Новым годом по старому стилю!

Встретил я новый год пошло: заболел, и вот в эти дни с трудом прихожу в себя. Скоро выйду на службу. Мой зав.1 пишут мне, клянёт своего сотрудника и его хворь. Бестактно и нетактично, вот я не могу «встать в строй».

Спасибо за информацию о Питере и Сашке Вагине, мрачной и трагической фигуре нашего безвременья. Скоро я лично дружески потрясу его за его слюнявую бороду. Фамилия «Мити-парижанина»2 в моём восприятии неотделима от платоновского Копёнкина с его пролетарской Силой и Розой Люксембург, хотя по описаниям Саши, родственничек его не имеет ничего общего с персонажем из «Чевенгура». Таковы гримасы, корчи и судороги ассоциативного мышления…

Мнится бледной памяти моей, что в нашей критике рубежа веков была в печати статья «Больной тарант», но ни автора, ни жертвы его я припомнить не в силах3. А Вы? Кто такая «Дева Отис» («Первое свидание» Андрея Белого), не надежда ли по-гречески? Откуда она явилась у Андрея Белого? В каком источнике можно почерпнуть сведения о московском психиатре Н.Н. Баженове, приятеле «декадентов»? Существует ли дельная монография о творчестве Арнольда Бёклина? Где найти описание Лаврентьевской ночи или римских лаврентарий? В какой стране находится церковь (монастырь Сент-Эльм с его чертовыми огнями (одно слово неразборчиво) «огни» Сент Эльма)? Остановимся на этом. Если что-либо Вы можете мне сообщить, не жертвуя временем, буду Вам признателен. Надеюсь, что Вы уже здоровы, чего желаю Вам от всей души, как и 365 отрадных дней в этом и в последующие годы.

Ваш Ст. Ильёв

 

1. Очевидно, имеется в виду заведующий кафедрой в Одесском университете, на которой работал С.П. Ильёв. Кто именно, не знаю.

2. Речь идёт о Дмитрии Владимировиче Копёнкине (1926-?), внуке Анны Ильиничны Андреевой, второй жены Л. Андреева, жившего в Париже и приезжавшего в декабре 1989 года в Ленинград, где я с ним и познакомился у А.С. Вагина. Это был элегантный парижский господин, даже отдалённо ничем не напоминающий платоновского героя, о котором пишет С.П. Ильёв.

3. Об этом см. в одном из следующих писем.

4. Кажется, мне не удалось ответить на эти вопросы С.П. Ильёва, но точно не вспоминается. Впрочем, теперь известно, что «Лаврентьевская ночь» – от лавренталии – древнеримское празднество низших классов в честь лар – божеств – покровителей различных сторон обыденной жизни. Также ныне известно, что Огни святого Эльма (англ. Saint Elmo's fire, Saint Elmo's light) – разряд в форме светящихся пучков или кисточек (или коронный разряд), возникающий на острых концах высоких предметов.

 

12.

 

Одесса, 13 февраля 1990 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Я безбожно затянул ответ на Ваши два письма. Простите великодушно, не гневайтесь! После 2-х недельных лекций от гриппа я ещё в течение недели был нетвёрд как в мыслях, так и в членах. А тут – экзаменационная сессия и необходимость подготовиться к двум докладам. Запустил все дела и – самое страшное – переписку.

В Питере в Пушкинском доме я прочитал два доклада – о Некрасове в кругу символистов и о «горе» и «уме» в комедии Грибоедова. Второй, по мне, был чуточку приличнее первого. Два вечера я провёл в обществе Вагиных. Саша хорош в близком общении, а в переписке для меня он невыносим из-за капризности своих писем. Вообще мои питерские друзья очень хороши. Московских у меня много меньше, тут семья Чуваковых – центр моего внимания… Возможно, 27-28 февраля я буду в Москве, о чём справляйтесь у Вадима Никитича1. До 28 февраля я должен сдать московскому издательству книгу2, а в ИМЛИ – статью об Ахматовой и Белом. Было бы чудесно встретиться в те дни в Москве, но я знаю, как для вас это всё непросто, из Коломны. Кстати, в ИРЛИ профессор Г.В. Краснов высадил буквально десант своих учеников. Я и Вас ожидал в их числе3.

Извещаю Вас о том, что весной (апрель или май) 1991 года в Одессе состоятся II Ахматовские чтения. Заявки и тезисы принимаем в течение 90 года. Призываю Вас принять участие. Рекомендуйте толковых ахматоведов или просто дельных литературоведов, которые хотели бы испробовать свои силы на Ахматовой. Нужны стиховеды.

В конце марта у нас состоятся I Истринские чтения. В Орле, по слухам, в сентябре-октябре – научная конференция о писателях-орловцах.

Надеюсь, вы уже обрели душевное равновесие. Вадим Никитич пишет о том, что у Вас комментарии приняли. Поздравляю Вас!

Итак, возможно, до скорой встречи в Москве. Будьте благополучны!

Ваш Ст. Ильёв

 

1 Чувакова.

2 О какой книге С.П. Ильёва идёт речь, неясно. Очевидно, «Русский символистский роман».

3 Георгий Васильевич Краснов (1921-2008), известный литературовед, профессор, автор научных работ и книг о Пушкине, Некрасове, Льве Толстове, революционных демократах, прежде всего о Добролюбове, с 1976 года работал в Коломенском пединституте, переехав по ряду причин из Горького (Нижнего Новгорода). Тут С.П. Ильёв ошибается – я никогда не был учеником Г.В. Краснова, но был хорошо с ним знаком.

4 Речь идёт о комментариях к 3-му тому шеститомного собрания сочинений Леонида Андреева.

 

13.

 

Одесса, 21 февраля 1990 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Не беспокойтесь; на мои вопросы ответы или уже найдены, или отыщутся. В.Н. Чуваков кое в чём всё же мне пособил, только я его помощью едва ли воспользуюсь в полной мере по причине дефицита времени и ограниченного объёма комментария.

И Вадиму Никитичу, и мне, как и Вам, тоже думается, что «Больной талант»1 – это о Л.Н. Андрееве. Но о такой статье надо было бы запросить К.Д. Муратову2, а я сообразил это только сию секунду…

Нет, Саня Вагин, если и обидчив, но и отходчив, он подобен тем туземцам, о которых пел покойный Андрей Миронов, – «на лицо ужасные, добрые – внутри». Он всё делает по наитию, а в переписке так своенравен, что не знаешь, на кой козе к нему подъезжать.

При всех сложностях перехода Вашего в ИМЛИ и жизни в Москве, я думаю, что это событие важное на Вашем пути, и я желаю Вам успеха. По-моему, В.А. Келдыш – человек добрый и честный учёный, достоинства в наш развращённый век – уникальные и драгоценные.

В погромы я не верю. В Одессе – тихо, здесь слишком много евреев, они, если захотят, сами устроят погром…

Пётр Александрович не пишет, я уже и к Лидии Петровне3 обратился – молчание. Уже тревожусь. В.П. Руднев гремит в «Даугаве», особенный успех выпал на №8 – 1989.4

26 го вечером и до вечера 27 го сего месяца я буду в Москве, звоните В.Н. Чувакову, если пожелаете.

Недавно я писал Вам и пытался объяснить причины и поводы паузы в нашей переписке. Они тривиальные. Надеюсь вы уже здоровы, чего Вам и желаю.

Ваш Ст. Ильёв

 

1 Как выяснилось, статья «Больной талант» – действительно о Л. Андрееве, автор её – критик неонароднического толка М.П. Протопопов.

2 Ксения Дмитриевна Муратова (1904-1997), известный ленинградский литературовед старшего поколения, библиограф, была специалистом невероятной эрудиции. Я был с ней немного знаком, раза два был у неё в гостях в её квартире на Миллионной улице (бывшей Халтурина), окна которой выходили на Неву и Петропавловскую крепость. Она очень внимательно и ревниво следила за успехами молодых исследователей. Последний раз я навестил её в Доме престарелых для научных работников в Павловске, не так задолго до её смерти. Она была рада моему посещению, которое я осуществил по совету А.П. Чудакова, незадолго перед тем побывавшего у неё, и каких-то пушкинодомских сотрудников.

3 Лидия Петровна Новинская (1937 г.р.), жена П.А. Руднева.

4 В 8 номере «Даугавы» за 1989 год была опубликована работа П.А. Руднева «Стих и проза».

 

14.

 

Одесса, 20 марта 1990 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Отвечаю на Ваше письмо с некоторым опозданием по причине возвратного гриппа, значительно понижающего мои витальные ресурсы и общий тонус. Ну, и служба со всеми прелестями, идущими от непосредственного начальника…1 Я чувствую усталость и делаюсь всё безразличнее к судьбе и стилю читаемых лекционных курсов. И не ходил бы в аудиторию, и не читал бы никому и ничего…

Моё обещание я не забыл, в ближайшее время Вы получите 2 х-томник Леонида Андреева2.

Да, в Москве мы провели несколько запоминающихся часов3.

Нет сомнения, что следующие наши встречи будут также не пустыми. Мне очень понравились мои давние друзья Чуваковы. 20 лет нашей дружбе, но я впервые на себе ощутил, какие это милые, чуткие люди. Приятно вспоминать эти дни и часы…

2-х томник ни к чему не обязывает Вас, но если попадутся Вам на глаза лишние экземпляры книги Льва Гумилёва «Древняя Русь и дикая степь» или книга «Мир Пастернака», пожалуйста, вспомните в эту минуту обо мне.

В тот вечер, простившись с Вами, я попил чаю в обществе Чуваковых, а в 23 часа засел за раскладку текста. Работал всю ночь лихорадочно, в возрастающем темпе. В 7 часов я наклеил последнюю страницу, но пагинацию бросил в середине, поручив всё прочее доделать Вадиму Никитичу. По моей просьбе он отвёз материал редактору в тот же день4. Там меня ругнули за внезапный отъезд. Я не успел сообщить им, что я в Москве в некотором роде инкогнито, без разрешения и ведома начальства, между двумя лекциями…

Итак, до новых встреч в Москве и Одессе!

Ваш Ст. Ильёв

 

1 Кто был тогда «начальником» С.П. Ильёва в Одесском университете, установить не удалось.

2 О каком двухтомнике Л. Андреева идёт речь – решительно непонятно. Гослитовский шеститомник выходил в Москве, в это время вышли первые два тома, но они были мной обретены в Москве же, и Ильёв посылать мне их не мог. Однако возможно, речь идет о выпущенном в издательстве «Искусство» двухтомнике пьес Л. Андреева со вступительной статьей Ю.Н. Чирвы (Серия «Библиотека русской драматургии»).

3 Мы впервые лично встретились с С.П. Ильёвым в 20-х числах февраля 1990 года у В.Н. Чувакова, а затем вместе посетили А.А. Андрееву в день её рождения 25 февраля, когда ей исполнилось 75 лет.

4 Над каким материалом работал тогда Ильёв, абсолютно не помню, возможно, над той же книгой «Русский символистский роман», которую я впоследствии получил от него в подарок.

 

15.

 

Одесса, 7 апреля 1990 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

2-х томник пьес Андреева и экземпляр моих «методических указаний» я отправил на Ваше имя ценной бандеролью. Пожалуйста, подтвердите факт получения, если, разумеется, он имел место1.

«Письма и записки Оммер де Гелль» П.П. Вяземского – это издание желанно, Вагинов – также, а Добычин у меня есть2.

Ленту для пишущей машинки, ежели случится, пожалуйста, купите. Здесь я купил с рук зарубежную ленту за 5 рублей, но она сухая. Обманули. Но не носить же за собой пишущую машинку для испытаний…

Если увидите Аллу Андреевну, напомните ей, что она получила моё письмо и что я жду её ответа по существу. Само собой – привет ей и поклон3.

Что у Вас с ИМЛИ?

В.Н. Чуваков стал писать крайне редко, это от безделья на новой работе. Избалуется человек. У нас грядёт конференция – I Истринские чтения.

Ваш Ст. Ильёв

 

1Мне упорно представляется что двухтомник пьес Л. Андреева мной получен от С.П. Ильёва раньше, но утверждать это как истину в последней инстанции не берусь.

2 Книги, которые выходили в 1989 и особенно в 1990 году в издательстве «Художественная литература» в серии «Забытая книга».

3 О чём именно спрашивал в письме к ней Аллу Андреевну С.П. Ильёв, он мне не сообщал.

4 В.Н. Чуваков незадолго перед этим перешёл из Архива А.М. Горького, в ИМЛИ, где он прослужил много лет в каждодневном присутственном режиме, в Отдел литературы «Серебряного века», руководимый В.А. Келдышем для работы над подготовкой Полного академического издания Л. Андреева – в этом отделе режим был куда более свободным. На эту тему и шутка С.П. Ильёва.

 

16

 

Одесса, 19 апреля 1990 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Я доволен тем, что двухтомник Леонида Андреева доставил Вам удовольствие и радость1. Не считайте себя обязанным и не ищите издания для «реванша». Судя по тому, что в Ваших письмах не упоминается моя брошюра, она до Вас не дошла. Если же дошла и Вам она без надобности, отдайте её какому-либо «практикующему» филологу Коломенского пединститута, преподающему историю русской литературы начала ХХ века.

Я уверен, что вы займёте должное место в корпусе научных сотрудников ИМЛИ, чего и желаю Вам от души.

Как Вам известно, наступает «ужасная пора», страдная во всех смыслах. И на этом фоне я пытаюсь писать научные статьи, что усиливает лишь раздражение печени…

Ваш Ст. Ильёв

 

1 Очевидно, это всё-таки аберрация памяти. Скорее всего, С.П. Ильёв в самом деле только в это время послал мне двухтомник пьес Л. Андреева.

2 О какой брошюре идёт речь, неясно.

 

17.

 

Одесса 5 мая 1990 года

 

Дорогой Александр Петрович,

У меня складывается впечатление, что не все мои письма доходят до Вас. Я отчётливо помню, что сообщал Вам о получении мною экземпляра произведений Добычина и благодарил1 за презент; там же было сказано, что у меня это издание есть, а в ответ Вы писали, что я могу подарить этот экземпляр кому-либо из друзей, коллег или знакомых, чего я, разумеется, не сделаю, поскольку подаренную книгу особенно ценю… Тем не менее примите мои извинения за такой казус. Книга мною получена. Спасибо! Книгу Павла Вяземского я купил. Поскольку Вы на грани безработицы, как я понимаю, Вам не до поиска книг. В.Н. Чуваков с огорчением сообщил мне о Вашей неудаче2. В течение 60 х годов я так часто бывал в положении безработного, что за 10 лет успел привыкнуть к капризам судьбы или случая. Но рано или поздно – всё образуется – так говорит опыт. И у Вас будет также. Надо перетерпеть. Может быть, пока печататься в газетах и журналах? Одесская газета «Знамя коммунизма» охотно печатает всякие материалы о культурной жизни начала ХХ века и о реабилитированных деятелях философии и литературы советского времени. Мне предлагали печататься, но я не люблю эти издания, да и времени нет совсем.

О брошюре я написал не в обиду Вам, а просто я не был уверен, что она нужна Вам, поскольку это только «методические указания», следовательно, для преподавателя, ведущего практические занятия. Правда, они не «составлены», а написаны и составляют раздел моей монографии, существующей пока в машинописном виде.

Алла Александровна написала мне, что очень занята, много ездит и выступает. Надо бы в Одессу пригласить её.

Я оглох от гриппа, шумит в голове, болят уши. Надо и это перетерпеть. Возможно, что всё это кармическое: и перестройка, и смерть Патриарха Пимена. Но всего ужаснее – это Чернобыль. Вы далеко и на отдалении этого ужаса как будто бы и нет, а мы чувствуем. Что же делается в самом эпицентре взрыва?!

Мужайтесь, дорогой Александр Петрович, трудитесь. А в ИМЛИ у Вас есть верный предстатель – В.Н. Чуваков, правда, он не начальник, но он за Вас горой стоит…

В Одессе было холодно, шли дожди, дули ветры, надеюсь, не напрасно. Вчера и сегодня – опять весна звенит крылом…2

Ваш Ст. Ильёв

 

1 В.Н. Чуваков писал С.П. Ильёву о моём несостоявшемся тогда зачислении в ИМЛИ – оно произойдёт позже – 3 декабря того же 1990 года.

2 Реминисценция, похожая по стилистике на стихи Блока.

 

18.

 

Одесса, 20 мая 1990 г.

 

Дорогой Александр Петрович,

Спешу соответствовать на Ваше письмо от 11 мая сего года.

Прошу не расходовать Ваш скромный бюджет безработного на покупки книг для меня. Заклинаю Вас этого не делать! экземпляры Вагинова и П.П. Вяземского у меня уже есть!

Лечитесь по моему примеру? несмотря на адскую занятость, лишающую меня сна и покоя, я бегаю в больницу, чтобы на год-другой протянуть это паскудное земное бытие уже не себя ради, а ближних и близких моих. И Вы так поступайте!

Может быть, действительно «всё образуется» в ИМЛИ и Вы будете там работать. Контра спэм спэро1 – это древние римляне верно вымолвили. У Вас там и друг есть – В.Н. Чуваков. Правда, он не любит встревать не в своё дело, но Вас он любит и ценит, всячески о Ваших интересах заботится…

Может быть, что-нибудь в журнал «Русская литература» послать? Там выплачивают ли гонорарий авторам? Как-то я не задавался этим вопросом, хотя давно покушаюсь послать туда статью-другую… О гонорариях я не думаю не только потому, что живу в материальном отношении сносно, хотя, может быть, хуже многих и многих доцентов, а потому, что привык «делать науку» за свой счёт, так что память о плате напрочь отбили…

Я благодарен Вадиму Петровичу за память о моей просьбе напечатать в «Даугаве» стихи моей коллеги2. Разумеется, если он не имеет влияния в отделе поэзии, горю не пособить. Да я и не уверен, что стихи достойны опубликования. Известно: стишок писнуть, пожалуй, всякий может…3 Стихи – не поэзия…

Пишу Вам бегло по причине занятости: конец учебного года, хотя, кажется, на все положения Вашего письма я отозвался. Пишите! Успехов и удач!

 

1 Contra spem spero (лат.) – Надеюсь вопреки надежде.

2 О какой коллеге С.П. Ильёва идёт речь, установить не удалось.

3 Цитата из стихотворения Сергей Есенин – стансы «Я о своем таланте много знаю».

 

19.

 

Одесса, 11 июля 1990 года

 

Дорогой Александр Петрович,

Простите моё долгое молчание. Причины и поводы тривиальны – конец учебного года, усталость, да ещё в разгар экзаменационной сессии я съездил на международную научную конференцию в Познань (доклад о «Докторе Живаго»).

Сейчас я в отпуске. В Одессе жарко и душно: размягчается мозг, слабеет воля, а дни убывают…

Теперь понятно мне молчание В.Н. Чувакова, хотя пишет-то он не ногой, а рукой…1 Алле Александровне я не ответил. Может быть, увижусь с ней в середине августа в Москве, где с 10 го 16 состоится очередной МАПРЯЛ2. Авось, там мы с Вами и встретимся и поздравим Вадима Никитича с днём рождения (28 го августа).

А подписку на Собрание сочинений Леонида Андреева я не сумел оформить…

Жаль, что Ваши отношения с ИМЛИ зашли в тупик. Я не знаю тамошней обстановки. На мои письма оттуда не отвечают, но я не в обиде, поскольку это всеобщая современная привычка, выраженная героем К. Симонова, – «Увидеться – это здорово, а писем он не любил…»3

Поедете ли Вы осенью в Орёл?4 Меня не пригласили, и я, естественно, не поеду. Саша Вагин намерен… Желаю Вам хорошего лета.

Ваш Ст. Ильёв

 

1 В.Н. Чуваков в это время повредил себе ногу.

2 МАПРЯЛ – Международная ассоциации преподавателей русского языка и литературы.

3 Синцов – персонаж в романе «Живые и мёртвые» К. Симонова.

4 В Орёл этой осенью я не ездил, но в следующем 1991 году участвовал там в Андреевской конференции, выступив с докладом на тему «Леонид Андреев и Н.Н. Евреинов: к проблеме театральности в жизни».

 

20.

 

Одесса, 26 июля 1990

 

Дорогой Александр Петрович,

Недавно Вадим Никитич написал мне. О причине и поводе к молчанию он не обмолвился. Я думал: нога, но пишет он рукой!..

В Книжном обозрении» объявлен том 1 Собрания сочинений Леонида Андреева. И в Одессе я не знаю счастливцев, подписавшихся на это издание. Театр абсурда!

От Саши Вагина тоже было письмо. Настроение, по обыкновению, собачье, но он намекает на просвет в тучах. Дай-то, Боже, нашему теляти волка догнать!

Из Петрозаводска вестей нет. И надо думать, оттуда писать мне уже не будут. Вины за собою не знаю, а о добрых делах пусть помнят те, кто признаёт их. Dixi1.

Я буду в Москве 9-11 августа. По прибытии в столицу (октября 12 го) я позвоню Вадиму Никитичу и Алле Александровне. Место встреч – Главтелеграф (13.00 и 20.00). Писать туда же до востребования.

В Одессе жарко, душно, зачастили дожди, но после них парит, и всё сначала. Одуряющая погода. Потеря времени, подрыв здоровья. И рад бежать, да некуда. Желаю Вам удачной поездки в Питер (или Ильичевск?)2.

Ваш Ст. Ильёв.

 

1 Я всё сказал (лат).

2 Ироническое упоминание города в Одесской области.

 

Подготовка текста, предисловие,

публикация и комментарии А.П. Руднева