Рассказы

Рассказы

Саша и Галя улетают на Марс

 

Посвящается Ивановым

 

«Пылающее, косматое солнце стояло высоко над Марсом. Такое солнце видывали в Петербурге, в мартовские, ясные дни, когда талым ветром вымыто все небо»

А.Н.Толстой «Аэлита»

 

«А здесь меня все меньше и меньше,

Здесь меня осталось чуть-чуть.

Отпусти меня, и дай улететь

Туда, куда я хочу»

группа «Чиж»

 

 

Глава первая, в которой Саша получает «письмо счастья»

 

Это субботнее утро ничем не отличалось от предыдущих. Саша проснулся, почистил зубы, включил компьютер и пошел заваривать чай. Чай, кстати, собирал Сашин папа из полезных и дикорастущих трав. Пока заваривался чай, Саша, по привычке, решил проверить электронную почту. Сегодня было несколько писем от ненужных сайтов, на которые он был подписан, два письма от президента – их почта автоматически определяла, как спам. Вообще, все письма от женщины-президента со звучным именем и фамилией – Эльвира Жириновская, определялись, как спам. Этот факт Саша считал искренне не справедливым – президент хотела быть ближе к простому народу, ежедневно писала письма, вкладывая свою душу и сердце, а почтовый сервис неумолимо отвергал эти письма.

Последнее письмо было и вовсе похоже на спам. В нем говорилось, что Сашина анкета, которую он отправлял несколько лет назад, больше как «в шутку», проверена и одобрена, он и его супруга выбраны участниками экспедиции на Марс, с основанием там колонии. Также предупреждалось, что билет в одну сторону и обратно вернуться технически не представляется возможным. В письме большими буквами – «К ЧЕТВЕРГУ ЗАКОНЧИТЕ ВСЕ ЗЕМНЫЕ ДЕЛА», а дальше «ожидайте письма с дальнейшими инструкциями, с уважением Ваш Илон Маск».

Перечитав последнее письмо несколько раз, Саша не мог поверить своим глазам.

- Не может быть!!! – сказал Саша в пустоту квартиры, пустота ответила молчанием, только в клетке с почтовыми голубями, самый толстый голубь Владимир недовольно курлыкнул.

Нельзя сказать, что Саша был человеком доверчивым, скорее наоборот. Любую новость или знание, он сначала аргументировано отвергал, будто бы старался доказать самому и всему миру, что он умнее и просто так его не проведешь, но в те моменты, когда масштаб истины становился больше, чем Сашина голова – он сдавался. Так и сейчас, проведя два часа в раздумьях, приводя доводы и аргументы самому себе, поискав в интернете информацию о подобных письмах (половина источников утверждала, что это очередной развод, а другая – что всё это правда, и на Марсе мы летим встречаться с аннунаками и рептилоидами, чтобы создавать новый вид человекообразных) – Саша пришел к выводу: письмо настоящее и ему будет плевать на мнение окружающих, он летит. Написав короткую записку и привязав её к лапе голубя Владимира, он отправил его к своей супруге Галине, мобильные телефоны были давно запрещены указом президента, как «греховные игрушки, присланные зарубежными врагами народа».

С немного безумными и горящими новой идеей глазами, Саша налил папин травяной чай, сделал глоток и понял – это возможно последний раз, когда он пьет чай на этой планете.

 

 

Глава вторая, в которой Сашины родителя скрепят сердцем

 

В воскресенье Саша решил сообщить радостную новость родителям. Они жили в 5-ти километрах от города, в деревне «Оклахома». Название свое деревня получила благодаря американоповернутому главе сельсовета, по этой же причине за деревней был недостроенный хайвей для перегона скота, у домов цвели аккуратно подстриженные полутораметровые лопухи и репейники, а все жители были обязаны говорить с южно-американским акцентом. Девиз штата-побратима: «Труд побеждает всё» красовался на въезде с небольшим изменением, относящимся скорее к каждому из её жителей – «Труд побеждает всех». По трудовой повинности восемьдесят процентов натуральных доходов, деревенские обязаны были передавать главе сельсовета, а тот куда-то в город на поддержку нацпрограммы «Огород семьи – оборона страны». Скорее всего, именно поэтому власти и терпели странные выходки главы сельсовета.

В родительский дом, Саша приехал на санях, запряженных школьниками. Подработать таким способом на «карманные расходы», считалось нормальным. «Главное, чтобы уроки по Истории отечества не пропускали» - говорил директор школы. Расплатившись мотком шерстяной ткани, полученной в качестве зарплаты, Саша вошел в теплые сени и постучался.

Дверь открыл Сашин папа:

- Привет! Май сан! – воскликнул он, улыбаясь во весь рот. Следом в дверях показалась мама, и улыбаясь во весь рот:

- Вай не предупредил наус? Заходьи милый! – обхватив с двух сторон Сашины плечи, родители завели сразу на кухню. Мама в спешке стала накрывать на стол, папа же сел на табурет у окна, наблюдая за этой суматохой. Саша быстро поведал про свои планы на ближайшее будущее, про полет на Марс, про то, что это мечта всей его жизни, и он верит, что действительно улетит. Потом он замолчал в ожидании реакции родителей. Мама поставила на стол сковороду с зажаренными в печи воробьями, глубоко вздохнула и заговорила, глядя Саше в глаза и душу (только мамы так умеют делать), напрочь забыв про акцент:

- Тебе что это в голову взбрендило? Какой Марс? Саша? У вас в городе там все с ума посходили что ли? Ваше поколение вообще зажралось совсем. У нас в молодости даже электричества не было, а у вас и по четвергам, и по субботам, с девяти до часу жги лампочки, сколько хочешь. Внуков тебе рожать надо, государство вон на третьего ребенка по пачке масла выделяет в месяц! Пачка масла в месяц!!! Саша! А ты…

- Но мам!

- Не перебивай мать! – мама недовольно кинула в тарелку перед Сашей пару воробьев. – Не нравится в городе, так к нам переезжайте, мы с отцом птиц выращиваем, картошку, нам помогать будете повинность выполнять, отец, ты чего молчишь?

Папа поправил, съехавшие очки, попытался что-то сказать, но мама его перебила:

- Вот всегда так, слова из тебя не вытянешь… Сынок, мы же тебе хорошего желаем только, ты вот помнишь, кем в детстве хотел стать?

- Космонавтом, – неуверенно ответил Саша.

Мама даже в лице переменилась. И точно, она вспомнила, как маленький Саша, нацепив мотоциклетный шлем, бегал по дому и «приземлялся» на неизвестных планетах, счастливый, излучающий свет откуда-то изнутри. Не все ли дети такие? Не всем ли взрослым хочется, хоть на секунду вернуться в это состояние? А сейчас, очевидно и известно – в том мире, в котором они вынуждены жить, в котором будут жить и её внуки, шанс обрести это состояние близится к нулю.

- Космонавтом… - повторила мама и обессиленная, медленно села рядом с папой, взгляд её немного затуманился. – Космонавтом… Знаешь, сынок, я совру, если скажу, что полностью тебя поддерживаю, но и противиться не буду. Если это всё реально, то материнское благословление ты получаешь. Отец! Чего молчишь?

Папа видно тоже не радостно принял эту новость, тем не менее сходил в спальню, нашел спрятанные шкафу с одеждой свои майорские часы с компасом и вручил их Саше, молча. Видно было, что родители всё-таки отпускают Сашу, хоть и скрепя сердцем.

Саша задумчиво дожевал воробья и ушел.

 

 

Глава третья, в которой Сашин начальник похож на медведя

 

Понедельник. В кабинете заместителя старшего начальника 3-ей кадастровой степени службы организации деятельности «НЧС», сокращено в кабинете Сашиного начальника, было холодно. Отопление отключили давно, а установленную у окна буржуйку еще не начали топить, ждали поставок кизяка из дружественного Пуркменистана. Сашин начальник сидел в нескольких тулупах, шапке и огромных рукавицах. Лицо начальника было потеряно в бороде и все своим видом он напоминал дикого медведя. Между рукавицами зажата ручка и было забавно смотреть со стороны на попытки начальника подписать какой-то приказ.

- Александр. – сказал начальник, не отрываясь от своего занятия. – Что за херня?

Сашин начальник, если и ругался, то всегда по делу, а дела у начальников есть, как известно, всегда.

- Увидел твое заявление об уходе, – не поднимая глаз, продолжил начальник, – В нем сказано, что ты собрался лететь на Марс.

- Да, собрался. Я участвую в планетарной экспедиции.

- Я понимаю, что платим мы мало и не всегда деньгами, чаще всего. Штрафы у нас большие за нарушения распорядков: за чихание, частные походы в туалет, моргание больше тысячи раз в час. Но не обязательно при этом ловить «шизу».

- Я абсолютно адекватный, это реальный шанс… - начал было парировать Саша, но начальник его перебил:

- Или тебя в Монголию переманивают что ли? Снуют туда-сюда эти монголы херовы. Ну и какая разница, что у них телепорты даже используют в быту, у нас – то не хуже… вода, вон, бесплатная, по средам. Ты эти глупости брось мне, понял? – впервые начальник поднял свой взгляд на Сашу, взгляд колючий, как мороз в кабинете.

Сашу этот взгляд прямо до костей пробрал, да настолько, что он подумал, а может и правда это он с ума сходит. И письмо — это просто спам неотсортированный почтовой программой. Но ка же мечта? Как же Марс? Если существует хоть самая маленькая вероятность, что это всё реально, то этим надо попытаться воспользоваться.

- Я не буду менять своего решения, я увольняюсь и лечу на Марс! – произнес Саша, придав интонации, как можно больше воодушевления и гордости.

- Марс… Александр, короче так, ты либо забираешь заявление, либо принудительно отправляешься на терапию, там тебе мозги быстро прочистят, про психонасильную помощь в курсе? Срок тебе до пятницы. А сейчас идешь в отпуск, без содержания и сожаления. Марш отсюда.

Саша послушно вышел из кабинета, стараясь максимально сильно при этом хлопнуть дверью, но на эти случаи видимо к косяку было прибито несколько слоев войлока. Поэтому хлопок не получился, зато в душе у Саши росла уверенность в том, что он последний раз переступал порог этого кабинета.

 

 

Глава четвертая, в которой Сашу освещают СМИ тремя микрофонами

 

Во вторник Саше снился сон. В нем он будто бы гулял в поле и наткнулся на стаю стервятников, которые были одеты в маленькие деловые костюмчики и клевали что-то среднее между фаршем и капустой (голубцы что ли?). Увидев Сашу они полетели в его сторону, и он смог почувствовать вонь, витавшую в воздухе. Запах усиливался с каждым взмахом крыльев и чем ближе стервятники к нему, тем острее запах и чувство опасности. Сердце Сашино бешено застучалось. Тук-тук, тук-тук, бах-бах! Бах-бах!!!

Саша проснулся, в дверь стучали, громко, с нетерпением. Полусонный, в трусах он подошел к двери.

- Кто там?

- Мы репортеры из газеты «Вечерние байки», пришли поговорить о вашем полете на Марс. – затараторили несколько голосов за дверью.

Городок был небольшой, и новости распространялись очень быстро. Ещё быстрее в результате работы местных репортеров. Из-за нестабильной работы электричества – телевизионный формат новостей давно исчез. А из-за проблем с бумагой - газет не печатались вовсе. Репортеры газеты «Вечерние байки» собирали местные новости, а потом бегали по городу и кричали анонсы в рупор. Тех, кого интересовала новость подробнее, должны были что-нибудь дать репортеру и тот, с удовольствием вдавался во все подробности, иногда даже, неплохо актерски отыгрывая самые пикантные места.

- Можно задать Вам пару вопросов? – голоса за дверью не унимались.

Саша, набросив халат, открыл дверь. В квартиру ввалились три человека и, бесцеремонно, стали пихать микрофоны Саше в лицо. Репортеры, по старой привычке, постоянно брали микрофоны, хоть и подключить их было абсолютно некуда. Видимо этот факт позволял чувствовать себя увереннее, как ребенку, который уже научился ходить, но ещё постоянно ищет вокруг себя опору, чтобы не упасть. Все трое были в потрепанных пиджаках с галстуками, причем у одного, самого старого из них, роль галстука выполняла толстая веревка.

- Александр, во сколько у вас отлет? А когда вы узнали, что летите на Марс? А у вас были в детстве травмы головы? А вы уже собрали вещи? А вы любите президента? А на сколько вы улетаете? А вы верите в Деда мороза? А как восприня…

- Хватит! – оборвал череду вопросов Саша. – Да я лечу на Марс, навсегда, травм не было, лечу в четверг, морально готов и больше на вопросы не отвечу.

- Но Аааалеееександр. – протянул писклявым голосом один из репортеров. – Люди должны знать все подробности этого события. Чем больше мелочей, тем больше это похоже на правду!

- Это и есть правда!!! Всё, уходите. – Саша не на шутку разозлился и начал выпроваживать их из квартиры, репортеры пятились назад, на лестничную площадку, продолжая тыкать микрофоны Саше в подбородок.

- Ах вы так? Александр, город такие новости услышит... – продолжил писклявый.

такие новости. – поддакивали его коллеги.

- Вы ещё пожалеете об этом, мы заслуженны работники СМИ!

заслуженные.

Саше захотелось ударить этого писклявого, но он сдержался в последний момент. Вытолкнув их наружу, он закрыл дверь и еще несколько минут слышал за дверью причитания репортеров.

Вечером весь город знал, что Саша, якобы летит на Марс, что это и не Марс, а диссидентство в чистом виде, что его завербовали зарубежные спецслужбы, что у него личный электрогенератор, подаренный шпионами за хорошую службу и что зовут его не Саша, а Фильдих и он каждый день ест бананы и ананасы, и плевать хотел на Родину и президента. Пока Саша спал в своей кровати, ночью к его дому начали подтягиваться зеваки, пытавшиеся одним глазком заглянуть в квартиру на первом этаже, где жил «марсианин», так его прозвали в народе.

 

 

Глава пятая, в которой Сашина жена ест борщ

 

В среду Сашина жена Галя вернулась с трудотерапии из сельского оздоровительного лагеря «Хорошее настроение». Когда Саша проснулся и зашел на кухню, то увидел, как его любимая сидит на кухне и ест борщ. Борщ носил такое гордое название больше номинально, мяса в нем не было, не было морковки, капусты и многого другого, но зато там в избытке была свекла. Чаще всего на трудотерапию отправляли собирать свеклу. Галя не первый раз попадала туда, по новым законам, если ты не очень был доволен своей жизнью, то лучший способ — это недельная ссылка в «поля». Недовольство жизнью строго фиксировали «дружинники» - Галю последний раз подловили в магазине, когда она обозвала продавщицу мразью, так как та отказалась выдать шпроты по просроченному на 3 минуты продуктовому талону.

- Привет милая, как съездила? Как дурацкая трудотерапия? – спросил Саша, приобняв и поцеловав жену в щеку. Она улыбнулась и продолжила жевать.

- Почтовый голубь до тебя добрался?

- Ага. – ответила Галя. – И ты правда в это веришь?

Саша чувствовал напряжение, а еще больше страх. Если Галя сочтет всё это полным бредом, то это его просто морально убьет. С Галей они были женаты не так давно, но взаимно ощущали друг в друге поддержку и душевное тепло. Один без другого не мог существовать уже в принципе.

- Верю – выпалил Саша, именно выпалил, казалось, от его «верю» в кухне повис запах пороха и отдаленно эхом, звучало окончание «Юююю».

- Саш, ты же знаешь, здесь ловить нечего и уж если ты веришь в полет на Марс, то и я поверю тебе, я как жена сентябриста. – Галя громко засмеялась, то аж свекла выпала изо рта. – И в огонь, и в воду, и в горы.

Саша вспомнил, как в прошлом году мужчин насильно отправили строить туристический кластер в горах Алтая, а жены поехали с ними, поддерживать и помогать им. Кластер, по традиции, не достроили, кончились бюджетные поставки еды, а выражение «жены сентябристов» осталось в обиходе.

- Галя, не перестану это повторять, но я тебя люблю! – улыбаясь сказал Саша, и обнял жену.

- И я тебя Саша люблю. – ответила Галя. – нам, наверное, надо какие-то вещи с собой собрать? В письме об…

Галя не успела закончить, в окно на кухне влетел камень, описав дугу и врезавшись в шкаф с посудой. Осторожно, наступая на те места, где не было осколков битого стекла, Саша подошел к окну.

- Предатель! Куда собрался лететь! Только попробуй выйти! – кричали на улице. Человек двадцать стояли у подъезда, вид у них был явно недружелюбный.

Саша крикнул Гале, чтобы она спряталась в ванну, а сам начал баррикадировать кухонное окно. Придвинул шкаф кокну, подпер гладильной доской и стулом, потом тоже самое проделал и в зале, соорудив защиту из письменного стола, подушек и старого кресла. Только после этого, он позвал Галю, и они спешно начали собирать вещи, хотя не имели понятия, пригодятся они и им или нет.

Ночь предстояла неспокойная.

 

 

Глава шестая, в которой Сашины ненавистники кусают себе очень больно локти.

 

Четверг приходил в жизнь Саши и Гали бесконечно долго. До глубокой ночи люди что-то кидали в окна, кричали, несколько раз ломились в дверь. Саша и Галя держали оборону и даже успели собрать необходимый, как они посчитали, минимум вещей. Ближе к 4 часам как-то всё стихло, и они хоть немного смогли поспать. Сон был беспокойный, Саша то и дело хватался во сне за раритетную дедовскую мачете, случайно обнаруженную на антресолях, а Галя, в своем коротком сне, убегала от какого-то чудища, только на беговой дорожке это было очень сложно сделать.

Четверг всё-таки ворвался в жизнь Саши и Гали, самым неожиданным образом. Сашу разбудил болезненный клевок в лоб. Он подскочил, держа перед собой мачете, готовый атаковать противника. Но никого не увидел впереди. Галя тоже проснулась и с удивлением пыталась понять, что происходит вокруг. Источник Сашиной боли себя обнаружил, промелькнув перед глазами, и приземлившись на спинку стула. Это был голубь. Вернее, что-то механическое, серебристого цвета, похожее на голубя. На Сашу и Галю уставились два глаза-пуговки, светящихся синим.

В это же самое время на улице происходили весьма интересные события. Толпа людей, человек двести, облепили весь двор и часть дома, в которой была Сашина квартира. Лидерами этого сборища, выступали репортеры «Вечерних баек». В три рупора, стараясь не перебивать друг друга, они кричали:

сегодня, они говорят, что летят на Марс…

а завтра они Родину продадут!!!

- Да! – толпа одобрительно отвечала в ответ.

- Мы должны единым фронтом, остановить этих диссидентов!

там, за бугром, не получат наших людей, не заберут кровь земли нашей.

- Да!!! – еще дружнее подхватила толпа.

- Или вы хотите, чтобы и ваши дети запудрили себе мозги глупыми мечтами, поверили в сказочные обещания?

- Неееееетттт!!!!! – кто-то из толпы кинул кусок камня в Сашино, забаррикадированное окно.

-… тогда мы не допустим этого. Все согласны???

- Дааааааа!!! – толпа пришла в неистовство, махали руками, палками, чугунными утюгами, и цепями. Все словно ждали команды для штурма.

Но тут к подъезду дома, громко сигналя, подъехала грузовая машина. На боку, белой краской, не очень аккуратно, было выведено: КБЗПТВ «Психонасильная помощь». В этот момент толпа стихла. Все застыли в оцепенении. Даже репортеры замолчали, побледнели, и медленно протискивались поглубже в толпу, пытались спрятаться. Из кабины вышел человек в халате, грязно-серого цвета, не спеша, подошел к заднему борту машины и открыл двери грузового отдела. Оттуда высочили огромного вида санитары, человек восемь, с медицинскими чемоданами и силками на палках, как для ловли собак.

По толпе прокатился шепот. Санитаров из «Психонасильной помощи» все боялись как огня. Обычно, если они куда-то и за кем-то приезжали, и забирали людей на «терапию», то обратно либо никто не возвращался, либо возвращались «счастливые огурцы». Так как в КБЗПТВ практиковали промывание мозгового вещества огуречным рассолом, то человек, испытавший это на себе, оставался не только с глупой улыбкой, но и с зеленоватым оттенком кожи.

Саша с Галей слышали, будто бы на улице шла какая-то демонстрация, и догадывались, что это они основанная причина этого шума за окном. Прилетевший не понятно, откуда механический голубь открыл рот, и они услышали:

«- Приветствую Вас, мои покорители космического пространства. Я Илон Маск, спешу сообщить – ваш отлет состоится через пять минут. Просьба с собой ничего не брать, мы вас обеспечим всем необходимым. Через указанный временной отрезок, вам нужно выйти на площадку перед домом и ожидать прилета космолета. Удачи вам, мои смелые друзья!»

Птица закрыла рот, зашумел маленький двигатель и голубь молниеносно вылетел, как маленькая ракета в щель у заваленного подручными баррикадами окна. Входную дверь кто-то пытался выломать:

- Психонасильная помощь!!! Открывайте!!!! – басом зазвучало в подъезде. Странно, просить открыть дверь, когда ты уже ногами пытаешься её выбить.

- Галя! В окно! – крикнул Саша.

- Но…

- Вариантов больше нет, помоги. – они стали разбирать завал кухонного окна, откидывая вещи без разбора. Усиливался треск входной двери. Когда Саша с Галей уже выпрыгнули из окна, то услышали за спиной громкий хруст и топот в квартире. Во дворе толпа расступилась, как от прокаженных. В окне квартиры появились угрюмые лица санитаров.

Неожиданно, весь двор накрыл протяжный гул с неба. Ураганный ветер завыл в воздухе, сбивая шапки с людей, а санитары, вылезшие вслед за Сашей и Галей, остановились в нескольких шагах от них, и с изумлением уставились вверх.

Корабль белого цвета, похожий на гигантскую сигару, завис над двором, из него спустилась небольшая площадка, похожая на качели, только с перилами по пояс. Завороженные, Саша с Галей подошли к ней, встали на сетчатое основание, ухватившись за перила. Никто им не стал мешать. Площадка, бесшумно, поднялась обратно в корабль, гул возрос, и «сигара» белого цвета, медленно удаляясь в небо, покинула Землю.

Санитары и люди остались далеко внизу, кусая очень больно свои локти и многое, что было важно там перестало быть важным, перестало существовать для Саши и Гали. Мир сжался до размеров космолета и одновременно расширился до размеров Вселенной…

Вот так, Саша и Галя улетели на Марс.

 

 

Крокодил

 

Агенты из «Croco» провели инструктаж. Они мне периодически будут приносить экспериментальный препарат, я должен фиксировать промежуточные результаты, а лучше всё необычное происходящее со мной. Было не очень приятно вводить первую дозу вещества, шприцов я не любил с детства. В течение часа ничего не произошло. Я ввёл повторную дозу и уснул. Мне кажется препарат плацебо, пустышка.

Я смотрел на свою ладонь. С моим новым зрением я видел каждую линию очень четко. Мне казалось, что линии - это каналы в древнем Египте, по которым двигаются маленькие рыбацкие лодки, и я сижу в одной из лодок, смотрю на свою ладонь и вижу очень четко каждую линию, будто линии - это каналы в древнем Египте, по которым двигаются маленькие рыбацкие лодки...

После третьего дня приема препарата, в ванной я обнаружил послание от брата. На стекле черным маркером было написано: За мной сегодня никто не следил. Брат умер от передозировки три года назад. Его нашли в ванной, скрюченным, иссушенныйм, как осенняя листва. Что происходит?

На стене висел детский рисунок, крокодил глотал солнце, одна из любимых сказок Микки. За окном стало темнее, и кожа крокодила завибрировала. Крокодил глотал моё солнце за окном, рисунок стал заполнять всю комнату и теперь я видел только его и угасающее в пасти солнце. В такие моменты начинаешь верить - сотворение мира случилось из гигантского крокодила. Если бы я был из племени майя, то упал бы на пол в религиозном исступлении. Но я не чувствовал своего тела, комнаты вокруг. Только тьма.

Звонила Лиза. Хочет прийти с Микки проведать меня. Вместо того, чтобы сказать «Я люблю тебя», я послал их к черту. Они куски мяса.

Я смог силой мысли превратить свой матрас на полу, в большую кровать.

Вещество, которое я себе вводил, начало давать результаты по большей части странные, а временами даже пугающие. Меня предупреждали об улучшении всех моих чувств. Я слышу голоса соседей с первого этажа, хотя сам живу на третьем. Один раз я сдвинул стену в сторону, чтобы попасть в туалет. Я никак не связываю последний факт с увеличением физической силы. Я растворил стену, сделал её полупрозрачной, она отодвинулась влево, а затем вернулась обратно. На долю секунды я напугался, но любопытство победило.

Сегодня нужно было идти на работу. Или не надо. Я где-то работаю? Я пошел в парк. Мне кажется, я могу управлять окружающей реальностью. Теперь моя работа – это делать всё что захочу. В парке было сыро и холодно. Пахло мертвой осенней листвой. Запах почему-то напомнил мне мою квартиру. Странно.

Очень хочется пить. Невыносимая сухость во рту. Побежал к крану, но ни в одном нет воды. Отключили. Иду в туалет, снимаю крышку с бачка и как животное лакаю воду и пью, пью, пью. Трясет. Чувствую себя мерзко.

Были небольшие проблемы с поставками экспериментального вещества «Croco», приходили агенты – сказали, что электромагнитные волны от бытовой техники негативно влияют на результаты испытаний, забрали всё, кроме холодильника.

Мне говорили про этот побочный эффект. Мне сегодня снился сон, а потом он перерос в реальность. Я стоял перед витриной магазины одежды и разговаривал с манекеном. Мы говорили о влиянии течения Гольфстрим на миграцию китов в каком-то океане. Бесполый манекен утверждал: разлив нефти в Мексиканском заливе в 2010 году повлиял на течение в целом, что необратимо затронуло всех морских обитателей. Недоказуемый бред. Потом я почувствовал прикосновение к плечу и услышал голос женщины. Она спрашивала всё ли со мной в порядке.

Утром брат оставил новое сообщение на стекле в ванной. Маркером было написано: камень и стекло. Чуть позже я обнаружил разбитое окно на кухне, камень лежал в куче осколков на полу. Зачем он это делает? Неужели завидует тому, во что я превращаюсь?

Не могу вспомнить последний прием пищи. Один, два дня назад. Неделя? Периодические провалы в памяти. Вроде бы приходили какие-то люди. В памяти остались только две тени, одна высокая, другая маленькая, похожая на ребенка. Тени мелькали в комнатах и исчезли. Появляются мысли прекратить принимать «Сroco». Но я всё-таки подписался под это, да и агенты не оставили мне особого выбора.

Сегодня в квартире нашел два прослушивающих жучка. Один был в виде куска засохшего хлеба, другой в виде паука. Похоже, когда я был в очередной прострации, агенты «Croco» приходили ко мне домой. Я даже не удивился, сделать это было просто. Замок на двери был сломан, хоть я и несколько раз заставлял превратиться её в новую, металлическую – силы моей пока не хватало удерживать преобразование долгое время.

Препарата осталось совсем мало. Я всегда боялся уколов (писал уже об этом?), но теперь я боюсь ситуации, когда он закончится, и Агенты не принесут его больше.

День-ночь, ночь-день, день-ночь, ночь-день. Слезы, камни. Дым. Стекло. Песок-сосок. Кто я? Человек? Бог? Дыня? Червяк в яблоке. Выползаю. Сливаюсь с полом. Ползу к балкону. Прогрызаю дырку. Кокон. Крылья. Теперь я бабочка. Лечу к цветнику, разбитому у подъезда. Там меня хватает какой-то мальчик. Чувствую жар от его ладошек. Как в бане. Ублюдок. Рвет мне правое крыло. Вижу лицо мальчика. Да это же мой Микки.

Дереализация. Слово появилось в голове откуда-то из глубины. Что-то там с отрывом от реальности связано. А потом ещё – эйдентизм. Красивое слово. Я знал его значение. Когда-то.

Мне кажется, под кожей кто-то живет. Насекомое.

Я несколько дней спал на кухне, свернувшись калачиком у батареи. Я принимал «Croco» несколько раз, тело отрывалось от пола и парило на уровне люстры, я видел мертвых мотыльков с обратной стороны плафона. Видел очень близко. Если я парю, почему они не могут воскреснуть? И они ожили, завертелись в немыслимом полете, их крылья сияли то красным, то голубым светом. Закручивались в потоке вокруг меня, шурша маленькими крыльями, тысячью маленьких крыльев. Не помню, как это закончилось, но это было прекрасно.

Причина, по которой я спал на кухне, скрывалась в спальне, на кровати. Темно-зеленая кожа, два метра длиной. Долбаный крокодил вылез из картинки на стене и будто бы целую вечность жил на моем одеяле. Очень уж органично он вписался в обстановку – зеленые шторы, полутьма, не комната, а пещера. Он вызывал ужас, и я чувствовал, если подойду к нему слишком близко, он сожрет меня и моё солнце. Потом я заставил его исчезнуть. Я и до этого пытался, но в этот раз получилось. Это заняло много сил, так что несколько часов пришлось сидеть возле стены, не двигаясь. Зато освободилась кровать.

Мне обещали катарсис, а по факту я в заднице. Снился сон. Я с ножом бросаюсь на Лизу и Микки, чтобы вырезать жуков, бегающих у них под кожей. И вроде бы хватаю Лизу за руку, режу ей запястье и вытаскиваю желтых, будто колорадских жуков. Она кричит, Микки плачет. В конце Лиза вырывается, и ударяет меня то ли чайником, то ли утюгом, и я отключаюсь. Мерзкий сон. Но проснулся я почему-то на кухонном полу, с окровавленной головой. Похоже это не…

Я несколько раз «выхлопывался» в окружающий мир. Невозможно подобрать более точного слова. Словно я был шкуркой апельсина, которую сдавили пополам. Мгновенный выброс облака влаги, каждая молекула моего тела, «выхлопывалась» через бетонные стены, уходила на улицу, сливаясь ветром, деревьями, людьми, всем миром. Всепроникающее и проходящее насквозь. Я чувствовал все и сразу. Всех и везде. Живое, неживое, всё и вся.

В голове что-то пульсировало, росло, горело. Я проглотил солнце и теперь сам превращался в солнце. Новая форма рождается, тольк после забвения старой. Наступил момент, когда я открыл глаза и увидел перед собой пасть крокодила. Круг замкнулся. Он пришел за своим солнцем.

Я – есть? Я туман над рекой? Я - прохожий в смешной шляпе? Я - асфальт под его ногами? Я - дым сигаретный? Я - сон? Я - путь? Или свет? Тела нет. Есть только мысль. О чем? Обо всем? Песня в голове звучит, хотя и головы уже нет. Песня без слов и со словами. Инструментов то много, то ни одного. Это не песня. Это мир. Это пространство. Это Вселенная. Это её голос. И она зовет. И я охотно откликаюсь... от-кли-каюсь. Смешное слово.

 

 

Из рапорта сотрудника полиции:

 

В 18.25, после вызова соседей, сообщивших о криках в квартире напротив, наряд прибыл по адресу ул. Восточная, 56, квартира 12. По предварительной информации по данному адресу проживает гражданин (заполнить) года рождения, неоднократно привлекался за нарушение общественного порядка, находясь в состоянии наркотического опьянения. Также (заполнить) года зафиксирован случай нападения гражданина (заполнить) на свою супругу (заполнить) и причинения последней, ножевого ранения легкой степени тяжести. Гражданин (заполнить) находился под подпиской о невыезде до полного разбирательства, так как супруга (заполнить) несколько раз меняла показания, впоследствии и вовсе отказавшись от заявления. По прибытию наряда по вызову было обнаружено предположительно тело гражданина (заполнить) без признаков насильственной смерти. Тело обнаружено в ванной, в положении полусидя. На полу возле ванной распологалось несколько шприцов, предположительно с наркотическим веществом, именнуемым в среде наркозависимых как «Крокодил».

Из отчета Агента «Croco».

Испытуемый прошел семь фаз воздействия экспериментального препарата «Croco». На данный момент зафикстирована седьмая последняя предельная фаза. Испытуемый во многом превзошел все допустимые прогнозные состояния. Видеонаблюдение, установленное в квартире, показало множество фактов воздействия на окружающие предметы, среду, переплетение форм и материй. Во время личных визитов агентов, для передачи новых партий препарата, данные факты зафиксированы и запротоколированы (см. приложение № 7, 11, 12, 45). На отчетную дату решено прекратить испытания вещества, в связи с исчезновением испытуемого. Традиционными способами не удалось установить местонахождение, поиски продолжаются.