«В житейском море ко Христу прибиться…»

«В житейском море ко Христу прибиться…»
О творчестве Геннадия Иванова. К 70-летию

А вот честное, неравнодушное отношение к своему времени,

к своим современникам, к своему народу – таково

главное условие подлинной поэтической работы.

С. Я. Маршак

 

Решающим в писательской работе является…

не материал, не техника, а культура

собственной личности писателя.

А. С. Макаренко

 

В поэтическом океане столько капелек-слов, что творчество каждого поэта представляется уникальной, неповторимой, удивительной россыпью брызг, переливающихся, сверкающих на солнце небесно-радужными красками. Но есть ещё волны. Мощные, насыщенные цветом, завораживающие силой и красотой. Новая книга избранных стихотворений Геннадия Викторовича Иванова «Надо жить» (Москва, 2020) представляется читателю именно такой волной, смывающей наносную грязь, пошлость, маски, открывающей величие и божественность жизни, человека, России.

Тематика поэтических произведений книги широка и многообразна неслучайно, ведь событийно-богатаы и окружающая жизнь, и личный мир автора, знающего вкус времени советского: «Я краешек видел того, что угасло. / В деревне сбивали чудесное масло. / И лошади были, и были коровы, / И все земляки были живы-здоровы» Котлеты на стол подавали тазами…»), обжёгшегося временами перестроечными: «Была большая перестройка / И переломка и пере- – / Переворот и перемойка, / Перелопатка, перекройка, / И переполка, перегнойка, / Перепопойка, передойка… И всё пере-, пере-, пере-. / Куда «пере» – никто не ведал» («Этапы большого пути»); вкусившего века двадцать первого:

 

Россия, снова на тебя клевещут.

В борьбе всемирной ты им в горле кость.

Они в душе перед тобой трепещут,

И потому – такая злость.

«О, если бы один, а то большая свора…»

 

С мудростью бывалого человека, не растерявшего способность улыбаться и радоваться каждому дню, Геннадий Иванов от стиха к стиху ведёт доверительную беседу с читателем о многоликой нашей жизни, не поучая, не обвиняя, не уличая, а сопереживая, горюя, сорадуясь, надеясь, любя, веря. Его литературное кредо, как мне представляется, точно выражено в стихотворении «И не надо никакой награды…»:

 

И не надо никакой награды

В деле непростом –

Говорить кому-то только правду

О себе самом.

Да о жизни – как бы ни давалась –

Говорить светло,

Что пройдут страданья и усталость

И отступит зло…

 

Талант писателя обнаруживается и в умении писать просто о сложном и важном. Читая Геннадия Иванова, вдруг начинаешь понимать аксиомно: жить без Родины человеку невозможно! Невозможно быть счастливым без Родины! «Радость – родина, радость – свет! Радость – ближних родные лица!» («Лес без ветра шумит к дождю…»).

 

Родина… Свет за окошком.

Родина… Вьюга впотьмах.

И на болоте морошка,

И на просторе – размах.

Родина… Лист придорожный.

Родина… В беге времён.

Родина… Замысел Божий,

Что ото всех утаён.

«Родина…Свет за окошком…»

 

И как не восхищаться, не блаженствовать вслед за Геннадием Ивановым:

 

Какая мягкая трава

На родине моей.

Какие жаркие дрова

На родине моей.

Какие древние холмы

На родине моей.

Какие светлые умы

На родине моей.

Талантов столько, как цветов,

На родине моей…

Всегда, всегда мне будет кров

На родине моей.

«Какая мягкая трава…»

 

Но чуткое сердце поэта ощущает тревожный накал мирового пространства, спиральное движение истории. Оно содрогается от зловещего рыка войны, раздающегося то из Чечни, то из Югославии, то из Сирии, то из Украины, оно вздрагивает от далёких взрывов и от близких предчувствий:

 

Но враг если родину нашу захватит,

Тогда и восходы, тогда и закаты

Не будут красивы, не будут крылаты…

Чтоб нашему счастью опять воплотиться –

За это придётся и гибнуть, и биться.

«Восходы! Закаты! Восходы! Закаты!..»

 

И потому молит поэт Бога о спасении и защите России, повторяя и повторяя: «Но только б не через войну… Но только б не через войну…» («Какой-то вьюн, гигантский вьюн…»).

 

Сказано, что «Не хлебом единым…». Геннадий Иванов всем творчеством своим вопиёт – человеку нет света и счастья без Родины! Но каждому ли человеку? Русскому – точно! И хоть болит душа у поэта за личное спасение: «Что покаяться надо, исправиться, Что путей обходных не дано… Что греховное не забывается – Тянет камнем ужасным на дно» («Так живёшь да живёшь, ходишь по полю…»), ещё больше он печётся о Родине, её настоящем и будущем, отдавая должное особой миссии России:

 

Всё дело в жертвенности. На Руси у нас

Всего превыше жертва за святое.

Борис и Глеб – начало всех начал.

Сама Россия – жертва за святое.

«В Иркутске»

 

А Родина для поэта Геннадия Иванова – это не только родовые места с отеческими могилами, но Беслан и Донбасс, Арктика и Сибирь, Кавказ и Урал, Прибалтика и Дагестан, Украина и Заполярье… Мысли поэта озарены мечтой об единении и любви народов, которых люди его поколения привыкли называть братскими.

Родина Г. Иванова – это реки и моря, поля и леса, горы и города… Это писатели, о которых он пишет с независтливым восторгом и любовью: Николай Колычев, Ольга Фокина, Николай Рубцов, Василий Белов, Валентин Распутин, Александр Васин-Макаров, Николай Тряпкин, Николай Дмитриев и…

 

Я видел поэтическое дерево –

Я видел Соколова, Передреева,

И Кузнецова, Тряпкина, и Сухова…

Я видел их и слышал, и любил.

Казанцева, Жигулина, Горбовского,

И Решетова, но березниковского…

Рубцова я не видел, но поистине

Он рядом, ближе многих ближних был…

«Я видел поэтическое дерево»

 

Родина для Геннадия Иванова – и «…человек исхудавший, / Разбитый параличом, – / В борении с Бахусом павший, / Прибитый его кирпичом» («Лежит человек исхудавший..»). Потому что болит душа у поэта за каждую русскую душу. А тема наболевшая. Он посвящает ей несколько стихов, среди которых замечательные: «Отчим», «Здесь», «Уберите!», – свидетельствующие не только о личной, но и о гражданской позиции Геннадия Викторовича.

Какая же Россия без наших горемык-старушек, добрых мамушек-нянюшек, вдовушек, тружениц, не на них ли ещё деревня держится?

 

Милые родные старушенции

При своей покорной амуниции…

Сколько вы работали, работали?

Это вы страну когда-то подняли

Жертвами своими и заботами…

«Милые родные старушенции…»

 

А ещё Родина-Россия для Геннадия Иванова – это светлая память о тех, кто сражался за неё, живота не щадя:

 

И всё же за нас умирали

В Отечественную войну.

За нас в самолётах сгорали,

За нас пропадали в плену.

Вставал из цепи кто-то первым

И падал –

Совсем не за тем,

Чтоб мы на великие жертвы

Ответствовали: «А зачем?»

«И всё же за нас умирали…»

 

Трогательны, искренни стихи поэта о сокровенном – о семье, о любимой женщине. И ведь это тоже Родина, за которую умирали! Способность поэта вовлечь читателя в эмоциональное состояние любви, восхищения, покоя, радости, блаженства от счастья семейного – высочайший талант! А как важны, как актуальны такие стихи в наш разнузданный, циничный век, когда пошлость и мерзость подняли головы.

 

Мир огромен, конечно, соблазны кругом,

Но теплей всего мира семейный твой дом.

Где жена твоя, дочка – и, крепко любя,

Где в четыре руки обнимают тебя!

«Мир огромен, конечно, в нём много всего»

 

У Геннадия Иванова есть следующее определение России: «Россия – это не страна, / Не государство, не колония, / А диво дивное она, / Она картина и симфония…» («Россия – это не страна»), ещё он сравнивает её с неопалимой купиной в одноимённом стихотворении. Так может только Поэт, которому строчки диктуются Небом, словно их кто-то дарует! О, сколько прекрасных строк в книге «Надо жить» посвящено слову, стихам, поэзии! Потому что это тоже – Родина!

 

Поэзия принадлежит земле –

Полям и рощам, ветру и прибою,

Глазам девичьим, женской доброте,

Первопроходцам, мудрецам, влюблённым…

Поэзия принадлежит земле.

«Поэзия принадлежит земле»

 

Путь России – быть в мире удерживающей – Божий путь, путь жертвенности, значит, страданий. Пройти через все испытания без Бога ни народу, ни человеку невозможно, а с Ним можно всё. Потому тропки поэта Геннадия Иванова сливаются с тропинками, дорожками бесчисленных русских Иванов и Ивановичей в одну длинную, тернистую, каменистую, но единственно спасающую дорогу – к Храму:

 

За обновленье русского народа.

Пусть наносное сгинет, отпадёт,

Пусть сохранится в Боге наш народ,

Лукавого пускай не ищет брода…

Да сохранится в Боге наш народ.

«Ни тропаря, ни кондака не зная…»

 

К Небесам поэт обращает свой взор постоянно, словно произносит нескончаемую Иисусову молитву: «Господи, помилуй!» Само небо он сравнивает с иконой («Икона неба не всегда лучиста»). И ежечасно просит не только о личном счастье, но о возрождении, спасении русского народа и России, об уничтожении зла, распластавшегося над ней. Ему, твёрдо верящему и признающему лишь истинные ценности: «А Истинные Ценности надёжны, – / Что девы судьбы / Без малейшего затруднения / Ткут из этого клубка / Каждому соответствующий холст / И шьют каждому / Соответствующую рубашку» («Истинные ценности»), не принять ни сатанинских нравственно-физических извращений, идущих с Запада, ни словесного мата, который, словно ядовитый куколь, отравляющий хлебные зёрна, засоряет прекрасный материнско-русский язык.

 

Как нам понять все извращения,

Понять всю мировую ложь,

Детей – и слёзы и мучения?..

Господь, приди!

И уничтожь!

«Над миром свист летит разбойничий»

 

Вложив в уста митрополита Александро-Невской лавры ответ на мучающие всякого неравнодушного к судьбе страны человека, Геннадий Иванов провозгласил единственно правильный выход:

 

Душа сегодня мечется, болит:

Что делать среди мерзости и срама?

«Быть русским! – говорит митрополит. –

Не отступать от веры и от храма».

«В Александро-Невской лавре»

 

Но русский человек давно определил свою позицию в жизни, выразив её народной мудростью-поговоркой: «На Бога надейся, да сам не плошай!» Потому и поэт убеждён, что, кроме молитвы и упования на Господа, ещё необходимо и служение.

 

Ты говоришь о вечном и простом:

Спасти Россию можно лишь терпеньем –

Ты говоришь: молитвой и постом!

Но я добавлю: волей и служеньем!

 

Не просто жить – как по теченью плыть.

Не просто жить – как лебеда и тополь…

Служить России, «рваться ей служить»,

Как в «Выбранных местах…» заметил Гоголь.

«Ты говоришь о вечном и простом»

 

Без одухотворённости не бывает творчества. Геннадий Викторович Иванов, несомненно, Поэт от Бога! Его слова проникают в душу и освещают её светом любви и сострадания. Неслучайно по его поэзии создан уже третий словарь эпитетов известным лексикографом Анатолием Павловичем Бесперстых.

Около 1300 эпитетов, украшающих поэтическую речь в книге «Надо жить», выделены составителем из множества прилагательных, причастий, словосочетаний, существительных (приложений), качественных наречий и иллюстрированы цитатами. Среди них встречаются и редкие, индивидуально-авторские: понятно-ясно; отческие кровли; нервная мгла; океанское место; погибельно-липкий; больные реки; снег лунный; белые сроки и другие. Девятнадцать таких особенных, эксклюзивных эпитетов!

Более двухсот эпитетов, использованных Г. Ивановым, имеют корень -род-. Не перечисляя всё, нетрудно догадаться, как часто встречаются в стихах поэта «родовые» эпитеты: родимый, родной, народный, родственный… Если же исследовать состав всех слов сборника, то с таким корнем их окажется около трёхсот.

Корень -рус- встречается более ста раз. А эпитеты русский (-ая, -ое) – 75 раз. Более ста раз автор повторяет слово Россия и производные от него. Предложения с именем Божьим или соответствующими эпитетами используются около двухсот раз. Корень -свет- – более ста. Душа, радость и производные от них – около ста. Надежда, любовь – по двадцать раз.

Поговори со мной, и я скажу, кто ты!

Геннадий Викторович Иванов – в жизни скромный, спокойный, внимательный, наблюдательный, обладающий тонким юмором, острым умом, добрейший, сострадательный человек – остаётся таким и на страницах своих книг, где лирика и гражданственность, изящество и простота, афористичность и эмоциональность, словно морские волны, изумляют своей мощью и красотой.