Золотой век уфимской поэзии

Золотой век уфимской поэзии
Вступительная статья к сборнику: Уфимский полуостров (Молодые поэты Уфы). Сборник / Сост. И.А.Фролов, С.Р. Чураева. – Уфа: Издательство ImageCONSULT. – 2015.

В Год литературы силами журнала «Бельские просторы» был составлен сборник поэзии молодых уфимских авторов. Стихи в нём великолепного уровня, талантливые, но особенно впечатлило составителей количество достойных поэтов возрастом до тридцати – тридцати трёх! «Взрыв сверхновой поэзии» – вот какое словосочетание сразу приходит на ум. А как назвать появление в одном месте и в одно время сразу трех десятков молодых поэтов? Несомненно – взрыв, поскольку все они появились в течение каких-то пяти лет. Несомненно – сверхновой, поскольку средний возраст авторов – 25. Ну а в том, что это настоящая поэзия, не усомнится даже самый привередливый критик (если же усомнится, то нам придется подвергнуть сомнению его квалификацию).

Но хочется быть точным, хочется, чтобы формула была безупречна, тогда как сравнение с взрывом сверхновой явственно хромает. И хотя поэзия без права на ошибку – уже не поэзия, говорить о ней нужно безошибочно. Взрыв сверхновой – явление величественное и красивое, но оно знаменует собой последнюю фазу существования звезды, то есть ее гибель. А взрыву предшествует коллапс, превращение в белый карлик – очень маленький и очень плотный. Вот и выходит, что предшественники поэтов, рожденных в 80-90-е, представляют тот самый коллапс поэзии, ее белый карлик. Перечислим поэтов поколения 60–70-х годов рождения: Светлана Хвостенко, Александр Банников, Мансур Вахитов, Алексей Кривошеев, Айдар Хусаинов, Ринат Юнусов, Анатолий Яковлев, Светлана Чураева, Дмитрий Масленников, Вадим Богданов, Наталья Санникова, Андрей Юдин, Рустем Вахитов… Нет, это явно не коллапс, это – поэзия, пусть и меньшая по количеству имен, но не менее мощная по качеству. Спустимся еще на одну ступень поколенческой лестницы. Здесь – могучие Юрий Андрианов, Владимир Денисов, Сергей Янаки, Николай Грахов, Станислав Шалухин, Эдуард Смирнов, Михаил Ерилин… Закономерность очевидна – число поэтов убывает по направлению к началу времен. И за поколением 30–40-х – Александром Филипповым, Георгием Кацериком, Робертом Палем – безвидность и пустота.

С чем все-таки сравнить этот рост в геометрической прогрессии? С Большим взрывом и последующим расширением Вселенной? Тоже красивое сравнение. Но тогда придется предсказать, что через 15–20 лет новые составители нового сборника молодой уфимской поэзии включат в него около семидесяти имен. Но что-то мешает нам поверить в столь оптимистичное будущее. Так что нужно покинуть космос и перейти к истории. Четыре этапа развития уфимской поэзии хорошо укладываются в металлическую последовательность веков. О «каменном веке» уфимского стихотворчества нам ничего не известно – если кто и писал вирши на русском во времена оные, все кануло в Лету. Железный век русской поэзии Башкортостана ковал Александр Филиппов со товарищи, в бронзе стих отливали Юрий Андрианов и Владимир Денисов, серебро чеканили Светлана Хвостенко и Александр Банников, ну а нынешний – золотой – период начался с появления таких самородков, как Марианна Плотникова и Мария Кучумова (Леонтьева). В принципе, теперь нам не страшен и прогноз о грядущих семи десятках поэтов – тогда мы просто назовем тот век платиновым или алмазным.

Принято считать, что золотой век всегда лежит в прошлом. Но нам повезло – сегодня мы живем в золотом веке уфимской поэзии, в чем легко убедиться, читая журнал «Бельские просторы». К сожалению, в уфимской поэтической критике век пока далеко не золотой, и некому по-настоящему исследовать сей феномен – такую пространственно-временную плотность молодых талантов.

Конечно, можно говорить, что все они – дети свободы, первые постсоветские поколения, и это будет правдой. Но не всей. Чтобы возникла генерация не Пепси, но Поэтов, мало простого количественного роста, обусловленного не в последнюю очередь интернетизацией всей страны, когда для публикации не нужен редактор, издатель, полиграфист, а достаточно аккаунта хотя бы в одной соцсети. Для возникновения поколенческого направления, нужна правильная окружающая среда, нужны читатели и слушатели новой поэзии, способные оценить, нужны площадки для встреч с единомышленниками. И такая среда к середине нулевых в Уфе была создана. Еженедельник «Истоки» времен Александра Филиппова, в «Литературной гостиной» которого каждую неделю выходило не менее пятисот строк стихов, Уфимское литературное объединение Айдара Хусаинова, лито «Тропинка» Любови Каракуц, «Тысячелистник» Дмитрия Масленникова», Журнал «Гипертекст» Кристины Абрамичевой», журнал «Бельские просторы» под руководством сначала Юрия Андрианова, потом Юрия Горюхина – все они, конкурируя или действуя вместе, делали общее дело – созидали ту самую культурную среду, без которой и самое свободное время не создаст из разрозненных атомов золота золотую цепь.

Активный поиск и настоящее культивирование среды началось с обновления редакции толстого литературного журнала «Бельские просторы» в 2007 году. Журнал стал тем объединяющим центром, вокруг которого и начала расти новая поэтическая генерация. Сотрудники редакции охватили своим вниманием все площадки, где появлялись молодые поэты, начали отбор и публикацию подборок, включили молодых в премиальный процесс. Журнал первым начал проводить большие поэзоконцерты, сводить вместе команды поэтов разных поколений, выводить их к широкому зрителю. Четыре сезона «Поэтического бокса» стали той мастерской, в которой золотая поэтическая молодежь и обрела творческое единство, позволившее говорить об уфимском поэтическом феномене. Нельзя не упомянуть и о процессах самоорганизации, идущих в самой генерации. Квартирники, слэмы в галерее «Х-МАХ» (куратор Кристина Абрамичева), фестиваль университетской поэзии «Мяуфест» Людмилы Михайловой, журнал «Персонаж» Ольги Левиной, поэтические вечера в галерее «Облака» (куратор Марианна Плотникова), выступления на ТВ и радио («Минуты поэзии» Натальи Санниковой) – в Уфе поэтическая жизнь без преувеличения кипит.

В заключение хочется отметить одну интересную особенность нашего золотого века. Ее легко заметить, если окинуть одним взглядом все четыре «века» уфимской поэзии. Речь идет об изменении гендерного состава поколенческих групп. Если первые две группы исключительно мужские, в третьей – уже три представительницы прекрасного пола, то в четвертой девушек уже подавляющее большинство, больше двадцати! Взлет по экспоненте, как при ядерном взрыве, – неужели мы зря отказались от звездной бризантности? Но поздно снова пересматривать концепцию статьи. Исследовать феномен феминного взрыва мы предоставляем биологам и литературоведам – общая ли это закономерность, упадок ли это мужчин вообще или чисто локальная флуктуация? Для нас же перевес женской (в хорошем смысле слова) поэзии – хороший признак. Ведь как бы ни сопротивлялись мужчины, как бы они ни расставляли локти, чтобы не пущать, поэзия – дело женское: и ритм и слезы, и любовь. И мы видим божественную справедливость в том неопровержимом факте, что именно женщины, как философский камень, превратили уфимскую поэзию в золото…